Теперь он снова вышел, выкарабкался в ноль, и все осталось позади. Потому что и самый крохотный нолик - это дырка, ход в пустоту, это кружок, величины достаточной, чтобы в нем уместился весь мир.
...молчание ему чем-то не нравилось, хорошие вещи так не начинаются.
Свобода медленно, однако верно превращалась в свою противоположность. Деньги ему были нужны, чтобы оставаться свободным, но, запуская в них руку всякий раз, чтобы купить себе очередную частицу свободы, он расставался с такой же частицей денег. Он двигался вперед благодаря деньгам, но путь его был путем потерь и неизбежно должен был привести туда, откуда Нэш начал.
" Мне не интересно знать, сколько у вас есть денег. Но если у вас нет страсти, то и жить тогда незачем."
В конце концов, всё на свете зависит от режиссуры.
Если начинаешь в человеке узнавать себя, он перестает быть чужим.
Главным достоинством денег оказалось не то, что на них можно все купить, а то, что, когда они есть, о них можно не думать.
" Что-то закончилось, что-то должно было вот-вот начаться, и Нэш сейчас оказался между и между, еще не там и уже не здесь."
Расставание далось не без боли, но он ей почти радовался, ему казалось, что это боль благородная, и чем надежней он оборвет связи с прошлым, тем для него же лучше. Чувствовал он себя примерно так же, как человек, набравшийся мужества выстрелить себе в лоб, с той лишь разницей, что этот "выстрел" обещал не смерть, а жизнь, открывая перед ним новые горизонты.
Когда счастье идет тебе в руки, черта с два его остановишь. Хоть весь мир тогда встань на уши. Тогда словно выходишь из тела и все время потом до конца сидишь там будто в сторонке и смотришь, как сам же творишь чудеса. Это уже будто даже и не ты. Все происходит само собой, даже думать почти не нужно, и поэтому уже не ошибиться