Мои цитаты из книг
— Вам нужен транспорт? Инструменты? Что-нибудь ещё?— Нам угрожает инопланетный корабль, начинённый атомными бомбами, — сказал я. — У нас есть транспортир.— Ладно, я сбегаю домой за линейкой и куском бечёвки.— Отлично!
Новый шедевр интеллектуальной прозы от автора «Криптономикона» и «Барочного цикла». Роман, который «Таймс» назвала великолепной, масштабной работой, дающей пищу и уму, и воображению. Мир, в котором что-то случилось — и Земля, которую теперь называют Арбом, вернулась к средневековью. Теперь ученые, однажды уже принесшие человечеству ужасное зло, становятся монахами, а сама наука полностью отделяется от повседневной жизни. Фраа Эразмас — молодой монах-инак из обители (теперь их называют...
Скука — маска, в которую рядится бессилие.
Новый шедевр интеллектуальной прозы от автора «Криптономикона» и «Барочного цикла». Роман, который «Таймс» назвала великолепной, масштабной работой, дающей пищу и уму, и воображению. Мир, в котором что-то случилось — и Земля, которую теперь называют Арбом, вернулась к средневековью. Теперь ученые, однажды уже принесшие человечеству ужасное зло, становятся монахами, а сама наука полностью отделяется от повседневной жизни. Фраа Эразмас — молодой монах-инак из обители (теперь их называют...
Фраа Джад взял трусы и проверил, как работает ширинка.
— От топологии не уйдёшь, — сообщил он, просовывая в трусы сначала одну ногу, потом другую.
Новый шедевр интеллектуальной прозы от автора «Криптономикона» и «Барочного цикла». Роман, который «Таймс» назвала великолепной, масштабной работой, дающей пищу и уму, и воображению. Мир, в котором что-то случилось — и Земля, которую теперь называют Арбом, вернулась к средневековью. Теперь ученые, однажды уже принесшие человечеству ужасное зло, становятся монахами, а сама наука полностью отделяется от повседневной жизни. Фраа Эразмас — молодой монах-инак из обители (теперь их называют...
Максимальное число участников — семь. Считается, что при большем числе людей за столом общий разговор невозможен.
Новый шедевр интеллектуальной прозы от автора «Криптономикона» и «Барочного цикла». Роман, который «Таймс» назвала великолепной, масштабной работой, дающей пищу и уму, и воображению. Мир, в котором что-то случилось — и Земля, которую теперь называют Арбом, вернулась к средневековью. Теперь ученые, однажды уже принесшие человечеству ужасное зло, становятся монахами, а сама наука полностью отделяется от повседневной жизни. Фраа Эразмас — молодой монах-инак из обители (теперь их называют...
— Мне очень жаль, — сказал Лодогир. — Некоторые мировые пути — некоторые состояния дел — требуют, чтобы некоторых людей... не было.
Новый шедевр интеллектуальной прозы от автора «Криптономикона» и «Барочного цикла». Роман, который «Таймс» назвала великолепной, масштабной работой, дающей пищу и уму, и воображению. Мир, в котором что-то случилось — и Земля, которую теперь называют Арбом, вернулась к средневековью. Теперь ученые, однажды уже принесшие человечеству ужасное зло, становятся монахами, а сама наука полностью отделяется от повседневной жизни. Фраа Эразмас — молодой монах-инак из обители (теперь их называют...
«Результат не нов». Кто-то всё время заново изобретает колесо. Ничего стыдного в этом нет. Если бы все из жалости к изобретателю ахали и восклицали: «Надо же, колесо, никто прежде до такого не додумался!» — ничего бы хорошего не вышло. И всё равно обидно, когда слышишь, что работал зазря.
Новый шедевр интеллектуальной прозы от автора «Криптономикона» и «Барочного цикла». Роман, который «Таймс» назвала великолепной, масштабной работой, дающей пищу и уму, и воображению. Мир, в котором что-то случилось — и Земля, которую теперь называют Арбом, вернулась к средневековью. Теперь ученые, однажды уже принесшие человечеству ужасное зло, становятся монахами, а сама наука полностью отделяется от повседневной жизни. Фраа Эразмас — молодой монах-инак из обители (теперь их называют...
Всякий, даже самый элементарный план ведёт к грандиозной неразберихе, когда тысячи людей пытаются осуществить его одновременно. Темнота возводит количество неразберихи в квадрат, спешка — в куб.
Новый шедевр интеллектуальной прозы от автора «Криптономикона» и «Барочного цикла». Роман, который «Таймс» назвала великолепной, масштабной работой, дающей пищу и уму, и воображению. Мир, в котором что-то случилось — и Земля, которую теперь называют Арбом, вернулась к средневековью. Теперь ученые, однажды уже принесшие человечеству ужасное зло, становятся монахами, а сама наука полностью отделяется от повседневной жизни. Фраа Эразмас — молодой монах-инак из обители (теперь их называют...
— ..Для них он вроде пророка. Якобы он открыл доказательство бытия Божьего, и за это его отбросили.— Смешно. Если бы кто-нибудь и впрямь доказал бытие Божье, мы бы сказали: «Отличное доказательство, фраа Блай» — и начали верить в Бога.
Новый шедевр интеллектуальной прозы от автора «Криптономикона» и «Барочного цикла». Роман, который «Таймс» назвала великолепной, масштабной работой, дающей пищу и уму, и воображению. Мир, в котором что-то случилось — и Земля, которую теперь называют Арбом, вернулась к средневековью. Теперь ученые, однажды уже принесшие человечеству ужасное зло, становятся монахами, а сама наука полностью отделяется от повседневной жизни. Фраа Эразмас — молодой монах-инак из обители (теперь их называют...
— Вот красота, которую я хочу тебе показать, — сказал Ороло. — Главное, чтобы ты видел и любил красоту прямо перед собой, иначе у тебя не будет защиты от уродства, подступающего со всех сторон.
Новый шедевр интеллектуальной прозы от автора «Криптономикона» и «Барочного цикла». Роман, который «Таймс» назвала великолепной, масштабной работой, дающей пищу и уму, и воображению. Мир, в котором что-то случилось — и Земля, которую теперь называют Арбом, вернулась к средневековью. Теперь ученые, однажды уже принесшие человечеству ужасное зло, становятся монахами, а сама наука полностью отделяется от повседневной жизни. Фраа Эразмас — молодой монах-инак из обители (теперь их называют...
Родители Джезри вернулись в город, и он время от времени ходил к ним в гости. Один раз он взял меня с собой. Я был поражён, какие они умные, воспитанные и (как всегда в экстрамуросе) сколько у них вещей. Однако их образованность была страшно поверхностная: они знали кучу всего, но без настоящего понимания. И, удивительное дело, это укрепляло, а не ослабляло их уверенность в собственной правоте.
Новый шедевр интеллектуальной прозы от автора «Криптономикона» и «Барочного цикла». Роман, который «Таймс» назвала великолепной, масштабной работой, дающей пищу и уму, и воображению. Мир, в котором что-то случилось — и Земля, которую теперь называют Арбом, вернулась к средневековью. Теперь ученые, однажды уже принесшие человечеству ужасное зло, становятся монахами, а сама наука полностью отделяется от повседневной жизни. Фраа Эразмас — молодой монах-инак из обители (теперь их называют...