Амелия первой схватила Даню за рукав серого анорака. – Куда полетел, Питер Пэн? – пытаясь сдержать улыбку, спросила она. Третьяков, не без нашей помощи выбравшись обратно на крышу, посмотрел на Циглер и заулыбался: – Будешь моей Венди?
Для меня литература - это прежде всего повествование о подлинном смысле вещей и явлений.
Нет, разумеется, для работы прозаика неплохо иметь образование, требуются также интеллект и некоторые знания. Ведь даже у меня есть какой-никакой интеллект и определенный запас эрудиции. Наверное. Как-то так. Хотя если вы меня сейчас потребуете от меня однозначного ответа, так ли это, боюсь, не смогу с уверенностью ответить.
Написать один роман не так трудно. Написать один хороший роман - для некоторых тоже не такая уж сложная задача. В общем, не скажу, что это легко, но не непосильно. Однако продолжать писать в течение многих лет - это очень, очень тяжело. И такое под силу далеко не каждому. Потому что для этого нужно обладать особыми качествами, не только талантом, но и профпригодностью, которая все-таки немножко другое.
Ночью, после работы в баре, я сел за кухонный стол и начал писать. Я не останавливался всю ночь, потому что, кроме этих нескольких часов до рассвета, у меня почти не было другого свободного времени. Где-то через полгода я закончил свою первую вещь - "Слушай песню ветра" (вначале у нее было другое название). Когда был готов черновик рукописи, бейсбольный сезон как раз заканчивался. Кстати, "Ласточки" в тот год стали чемпионами Центральной лиги, а потом еще и обыграли "Смельчаков Ханькю" - команду с самыми сильными питчерами в Японской лиге. Это был поистине волшебный, восхитительный сезон.
В общем, дважды меня выдвигали, и оба раза я премию не получил. Знакомые редакторы мне сказали: "Ну все, Мураками-сан, это потолок. Лауреатом этой премии вы уже не станете". А я, помню, подумал: "Странная какая штука - этот ваш "потолок".
Так зачем тогда нужна целая книга о том, почему я не получил награду? Я искренне этого не понимаю. Вся эта история: получил, не получил - это же буря в стакане воды... да какая там буря? Так... бульканье какое-то.
Не хотелось бы повторяться, но потомкам останутся в наследие наши произведения, а не премии.
Но если у писателя есть хотя бы одна действительно превосходная вещь, прошедшая испытание временем, то она навсегда останется в людской памяти. Был ли нобелевским лауреатом Эрнест Хемингуэй (был) или Хорхе Луис Борхес (а правда, что там с Борхесом?) - вряд ли кто-то обращает на это внимание. Литературная премия может "высветить" определенные произведения, но она не может вдохнуть в них жизнь, но это само собой разумеется.
Польский поэт Збигнев Херберт призывал идти против течения, так как по течению плывет только мусор. Очень мотивирующая идея, вселяющая смелость и надежду.