Мои цитаты из книг
Никто не сможет сломить человека, который понятия не имеет, что у него есть изъян.
Цезарь мертв, владения Республики поделены. Антоний правит на Востоке, Октавиан — на Западе. Рим созрел для того, чтобы им управлял император. Антоний больше всех подходит на эту роль, он любимец народа и имеет сильную поддержку в сенате. Позиции Октавиана более шатки, но он решительно настроен изменить положение и получить всю полноту власти. Однако у Клеопатры, безжалостной царицы Египта, совершенно другие планы. Она мечтает посадить на римский трон своего старшего сына. И орудием для...
Сначала долго говори, потом действуй — людей надо осторожно готовить к переменам, чтобы они не почувствовали, что эти перемены обрушились на них неожиданно.
Цезарь мертв, владения Республики поделены. Антоний правит на Востоке, Октавиан — на Западе. Рим созрел для того, чтобы им управлял император. Антоний больше всех подходит на эту роль, он любимец народа и имеет сильную поддержку в сенате. Позиции Октавиана более шатки, но он решительно настроен изменить положение и получить всю полноту власти. Однако у Клеопатры, безжалостной царицы Египта, совершенно другие планы. Она мечтает посадить на римский трон своего старшего сына. И орудием для...
Без жаждущих боя солдат генерал бессилен, как евнух в гареме.
Цезарь мертв, владения Республики поделены. Антоний правит на Востоке, Октавиан — на Западе. Рим созрел для того, чтобы им управлял император. Антоний больше всех подходит на эту роль, он любимец народа и имеет сильную поддержку в сенате. Позиции Октавиана более шатки, но он решительно настроен изменить положение и получить всю полноту власти. Однако у Клеопатры, безжалостной царицы Египта, совершенно другие планы. Она мечтает посадить на римский трон своего старшего сына. И орудием для...
Изменников можно использовать, но нельзя любить их и доверять им.
Цезарь мертв, владения Республики поделены. Антоний правит на Востоке, Октавиан — на Западе. Рим созрел для того, чтобы им управлял император. Антоний больше всех подходит на эту роль, он любимец народа и имеет сильную поддержку в сенате. Позиции Октавиана более шатки, но он решительно настроен изменить положение и получить всю полноту власти. Однако у Клеопатры, безжалостной царицы Египта, совершенно другие планы. Она мечтает посадить на римский трон своего старшего сына. И орудием для...
Дети — это возможность для людей сделать что-то героическое со своими жизнями, попытаться увидеть, что все их собственные ошибки исправлены, а не повторены.
Цезарь мертв, владения Республики поделены. Антоний правит на Востоке, Октавиан — на Западе. Рим созрел для того, чтобы им управлял император. Антоний больше всех подходит на эту роль, он любимец народа и имеет сильную поддержку в сенате. Позиции Октавиана более шатки, но он решительно настроен изменить положение и получить всю полноту власти. Однако у Клеопатры, безжалостной царицы Египта, совершенно другие планы. Она мечтает посадить на римский трон своего старшего сына. И орудием для...
Она не слагала песен о том, что случилось в доме, и не рассказывала об этом посторонним. Однако же все, кто знал ее с детских лет, заметили разницу между той, кто вошла в дом, и той, кто оттуда вышла.
Она улыбалась мимолетнее, а смеялась громче. Иногда она задумывалась, устремив печальный взор в никуда, но едва ее окликали, как печаль развеивалась, будто легкое облачко.
Она влюблялась редко, но сильно, и так, что ее возлюбленные это понимали.
А иногда, в снегопад, она рыдала.
У Тэм Хашфорд, как говорится, «в душе Жуть свербит». Она ужасно досадует «на свою незавидную долю: работать за медные гроши подавальщицей в ардбургском трактире да изредка развлекать посетителей игрой на лютне. Грустно, когда все приключения ограничиваются лишь прогулкой по Рынку Чудовищ». А главное – ну сколько можно подавать напитки прославленным наемникам и слушать, как барды поют о приключениях и славе в мире за пределами ее сонного городка. И когда в город закатывает «Сказ» – компания...
Самое безнадёжное дело на свете — пытаться точно определить характер человека. Каждая личность — это клубок противоречий, а тем более личность одарённая.
«Финансист» — первая книга «Трилогии желания» выдающегося американского писателя Т. Драйзера (1871–1945). Роман начинается с юношеских лет американского капиталиста Фрэнка Каупервуда и заканчивается в тот период жизни главного героя, когда он, чувствуя силу накопленных им капитала и профессионального опыта, провозглашает свой жизненный лозунг, давший название всей трилогии «Мои желания прежде всего».
Ручка с пером за ухом, чернильница в кармане, желтый зонт, сверток бумаги, книга о спиритизме под мышкой…Он всю жизнь читал эту книгу и никак не мог дочитать до конца, дошел лишь до тридцатой страницы, но считал себя спиритом.
Как хорош язык Жоржи Амаду! Ровный и мягкий, певучий и сильный. Каждое предложение, как морская волна, накрывает тебя с головой соленой жизнью далеких земель. Эта книга — как поэма без рифмы, как песня, что их распевают жены моряков на бразильских побережьях. Эта поэтичность — жемчужина книги. Она разворачивает простые и трагичные истории из жизни баиянских моряков другой стороной, раскрывая сказочное их значение, причем реальность уходит на второй план. Нищета и тяжелый труд, горе жен, чьи...
Все люди-одно целое. Безрассудно думать, что каждый человек - это что-то самостоятельное и отдельное. Ты ненавидишь. Ты любишь. Ты боишься. И все это - безумие, невежество и заблуждение!
Единственное зло - это мысль или слово, ослабляющие дух.
Если все солнца зайдут, луны обратятся в прах, будут исчезать мир за миром, - что тебе до этого? Стой непоколибо, как скала, - тебя уничтожить невозможно.
«Стоик» — третья книга «Трилогии желания» выдающегося американского писателя Т. Драйзера (1871–1945). Центральным персонажем романа является Фрэнк Каупервуд — человек, у которого три страсти: деньги, женщины и предметы искусства.
Нет, любовь не делает человека слабым, она вынуждает бороться и доказывать, а значит быть сильным.
Саид Шараф аль — Дин — капитан Боинга -777. Его призвание — летать. Он ненавидит скучную офисную работу. Но он наследник семьи Шараф аль- Динов, а это значит, что у него нет выбора: он обязан принять управление компанией "Аrabiа Airline" на себя. Её страсть — небо. Вирджиния Фернандес пошла по стопам отца и, став вторым пилотом, уверенно вступила на борт Боинга-777. Но все не так просто. Её капитан — мусульманин, который твердо уверен, что здесь, в авиации, женщине не место. Две разные...