Мои цитаты из книг
admin
добавил цитату
из книги
«Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы»
6 лет назад
Тюрьма, эта самая темная область машины правосудия, есть место, где власть наказывать, более не рискующая проявляться открыто, молчаливо создает поле объективности, где наказание может открыто функционировать как терапия, а приговор вписывается в дискурсы знания. Понятно, почему правосудие с такой готовностью признало тюрьму, которая не была плодом его собственных мыслей. Правосудие просто вернуло тюрьме долг.
admin
добавил цитату
из книги
«Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы»
6 лет назад
Итак, следует говорить об ансамбле, три элемента которого (полиция, тюрьма, делинквентность) поддерживают друг друга и образуют непрерывное круговращение. Полицейский надзор поставляет тюрьме право-; нарушителей, тюрьма преобразует их в делинквентов, которые являются предметом и помощниками полицейского надзора, регулярно возвращающего некоторых из них в тюрьму.
– Может быть, мыши? — осторожно предположила я.— Я не позволю своей невесте жить в одной комнате с грызунами! — воскликнул воинственно настроенный Балуа и, одним прыжком оказавшись у шкафа, открыл створки.Дальше последовала немая сцена… Я, во избежание обморока от столь ярких эмоций, присела в кресло, схватившись за голову. Феня вжался в заднюю стенку шкафа, лепеча что-то наподобие: «Это не то, что вы думаете, честно». И Балуа, переводящий полный ярости и недоумения взгляд с феникса на меня.Как раз в тот момент, когда сверлящий взгляд Нила был занят мной, Феня рванулся и выскочил из шкафа. Балуа на отсутствие реакции не жаловался и с силой схватил парня за шкирку. Но Феня не собирался останавливаться, а потому продолжал бежать, оставив в руках главного инквизитора Крамиила белый пушистый халат. — Лея! — орал Балуа. — Что здесь происходит?!Голый феникс скрылся за дверью ванной комнаты, и я открыла зажмуренные глаза.— Я же говорила, что нельзя без разрешения входить в чужие покои, — пробубнила я, стараясь не смотреть на Балуа.
Что делать девушке, когда у нее проснулась магия, в мире, где таких, как она, уничтожают? Конечно же любыми способами прятать ото всех свои способности. А если о них узнал тот, чья задача состоит как раз в том, чтобы находить таких, как она? Бежать без оглядки — скажете вы. Но если, вместо того чтобы взять ее под стражу, он предлагает свою помощь? Но не просто так, а за ответную услугу. Стоит ли соглашаться на такое предложение? Вы не знаете. Вот и Лея Аргуст тоже не знала, как ей быть, но...
— Входите, — вздохнула я.На этот раз Балуа пришел не один…Он решительно прошел к нам с Феней и указал на последнего рукой.— Пожалуйста, скажи мне, что это действительно феникс, — не глядя ни на меня, ни на Феню, попросил он своего спутника.В глазах Ритара заплясали озорные смешинки.— А что будет, если не скажу? — осторожно спросил он. Он что, издевается?— Убью к чертям и ее и этого охламона! — прорычал Нил.
Что делать девушке, когда у нее проснулась магия, в мире, где таких, как она, уничтожают? Конечно же любыми способами прятать ото всех свои способности. А если о них узнал тот, чья задача состоит как раз в том, чтобы находить таких, как она? Бежать без оглядки — скажете вы. Но если, вместо того чтобы взять ее под стражу, он предлагает свою помощь? Но не просто так, а за ответную услугу. Стоит ли соглашаться на такое предложение? Вы не знаете. Вот и Лея Аргуст тоже не знала, как ей быть, но...
Дверь открылась без стука, и в покои вошел Балуа с огромным букетом полевых ирисов наперевес. Я, кажется, скривилась. Убить меня решил? У меня же аллергия на ирисы. Хотя откуда ему об этом знать?— Это тебе, — лучезарно улыбнулся кьерн и протянул букет.— Апчхи, — звонко ответила я.Улыбка с лица Нила почему-то сползла. А у меня перехватило дыхание от щекочущего ощущения в горле.— Не нравится букет? — спросил он.— Нравится, — соврала я, — только для чего ты его притащил?— Если ты не знала, когда мужчина ухаживает за женщиной, он часто дарит ей цветы. — И почему он такой несдержанный? Откуда эти рычащие нотки в голосе?— Спасибо, — подавив чих, пискнула я. — Выбрось. — И указала на раскрытое окно. Все равно пока эта гадость в моих покоях, говорить я не смогу!— Ну, знаешь ли! — рявкнул Балуа. Метко метнул цветы в окно и, хлопнув дверью, вышел из комнаты.— Она смерти моей хочет! — это он рявкнул уже в коридоре.
Что делать девушке, когда у нее проснулась магия, в мире, где таких, как она, уничтожают? Конечно же любыми способами прятать ото всех свои способности. А если о них узнал тот, чья задача состоит как раз в том, чтобы находить таких, как она? Бежать без оглядки — скажете вы. Но если, вместо того чтобы взять ее под стражу, он предлагает свою помощь? Но не просто так, а за ответную услугу. Стоит ли соглашаться на такое предложение? Вы не знаете. Вот и Лея Аргуст тоже не знала, как ей быть, но...
Вы не знаете, как дерутся, борются два чувства: страх и совесть. Самые свирепые звери не способны так жестоко бороться, как эти два чувства. Вам известна совесть труженика, совесть мужа, но вы не знаете совести солдата.
Роман «Волоколамское шоссе» является наиболее известным и значимым произведением замечательного русского писателя-фронтовика Александра Бека. Этой повестью о героических защитниках Москвы зачитывались в тылу, она была в полевых сумках бойцов на фронте. О книге во Франции писали как о шедевре, в Италии — как о самом выдающемся в русской литературе произведении о войне, а в Финляндии ее изучали в Военной академии.
Я, конечно, хочу попасть в царствие небесное - но я там ни разу не был и не знаю, на что оно похоже. А вот эту грешную земную жизнь я знаю - и очень люблю.
В новом романе «Завидное чувство Веры Стениной» рассказывается история женской дружбы-вражды. Вера, искусствовед, мать-одиночка, постоянно завидует своей подруге Юльке. Юльке же всегда везет, и она никому не завидует, а могла бы, ведь Вера обладает уникальным даром — по-особому чувствовать живопись: она разговаривает с портретами, ощущает аромат нарисованных цветов и слышит музыку, которую играют изображенные на картинах артисты… Роман многослоен: анатомия зависти, соединение западноевропейской...
Вечный огонь дружбы. Это вам не любовь, которую вмиг погасит даже слепой дождик.
В новом романе «Завидное чувство Веры Стениной» рассказывается история женской дружбы-вражды. Вера, искусствовед, мать-одиночка, постоянно завидует своей подруге Юльке. Юльке же всегда везет, и она никому не завидует, а могла бы, ведь Вера обладает уникальным даром — по-особому чувствовать живопись: она разговаривает с портретами, ощущает аромат нарисованных цветов и слышит музыку, которую играют изображенные на картинах артисты… Роман многослоен: анатомия зависти, соединение западноевропейской...
Она боялась мужских слёз сильнее, чем мужчины боятся женских.
В новом романе «Завидное чувство Веры Стениной» рассказывается история женской дружбы-вражды. Вера, искусствовед, мать-одиночка, постоянно завидует своей подруге Юльке. Юльке же всегда везет, и она никому не завидует, а могла бы, ведь Вера обладает уникальным даром — по-особому чувствовать живопись: она разговаривает с портретами, ощущает аромат нарисованных цветов и слышит музыку, которую играют изображенные на картинах артисты… Роман многослоен: анатомия зависти, соединение западноевропейской...
Обычное дело: если много думаешь о каком-то человеке, его черты переходят к окружающим.
В новом романе «Завидное чувство Веры Стениной» рассказывается история женской дружбы-вражды. Вера, искусствовед, мать-одиночка, постоянно завидует своей подруге Юльке. Юльке же всегда везет, и она никому не завидует, а могла бы, ведь Вера обладает уникальным даром — по-особому чувствовать живопись: она разговаривает с портретами, ощущает аромат нарисованных цветов и слышит музыку, которую играют изображенные на картинах артисты… Роман многослоен: анатомия зависти, соединение западноевропейской...