Заснеженные скаты, ажурные снежинки и нереальный ледяной парень – все это словно часть новогодней сказки.
– Итак, через десять минут мы все будем на месте, поэтому инструктаж: не носиться сломя голову, не теряться и вести себя так, чтобы мне за вас не было мучительно стыдно. Ясно? – Не-а! – крикнул Глеб. – Нам бы конкретики. Кто же знает, за что именно вам может стать стыдно? – Лично тебе индивидуальное пожелание – молчать.
– Вот поражаюсь я вам! – не выдержал Максим Романович. – Тут ехать полтора часа максимум, а вы уже организовали целую столовую.
– Соколов, победит в гонках тот, кто первым придет к финишу, а не тот, кто выскочит из автобуса чуть ли не на полном ходу! – раздраженно отозвался Максим Романович.
– Как можно, Максим Романович? – Ну, в прошлом году ты как-то умудрился прийти первым с конца.
Мороз – не только красота, но и опасность. Красота и опасность вообще завораживающее сочетание, а уж в зимней природе и подавно. Его царство было хрупким и недолговечным, зато нереально красивым.
Похоже, чтобы забыть Льда, требовалось намного больше времени, чем нужно было, чтобы в него влюбиться.
Что еще нужно для счастья? «Разве что любовь кого-нибудь светловолосого и синеглазого», – ответила она сама себе и улыбнулась.
Оба мы находились в одном и том же месте: на дне глубокой пропасти, где тосковали по ушедшим.
Нам просто не повезло: мы существуем в разных странах, и у нас разные жизни. Мы позволили чувствам увлечь себя, не соизмерив их с реальностью.