– У великих держав не может быть постоянных союзников. У них могут быть лишь постоянные интересы.
Продолжение атаки флаерами я категорически запретил, поскольку полагал, что польза от угрозы их применения гораздо более существенная, нежели само их применение.
Я даже задремал, доктор. – Лучшая похвала для проведшего процедуры эскулапа… – Врач что-то напряженно разглядывал на мониторе
Думаю, ни у кого не возникает сомнений в том, что дипломатия, подкрепленная военными успехами, – это успешная дипломатия?
– А эта его мягкая «г» в речи… – Лена поморщилась. – Мягкое «гэ» предпочтительнее жидкого, – блеснул остроумием Новохатский.
– Эфор, я попрошу вас быть сдержаннее. – Можно, разумеется, было бы обиду разыграть, возмущение, в ответную поорать… На фиг. Буду спокоен, как Будда, и невозмутим, как Сфинкс. Такое поведение обычно орущих людей успокаивает. Ну, или распаляет еще больше, до полной невменяемости – как повезет.
Вы можете представить себе нечто среднее между глазами удивленного рака и бешеного быка?
... ухватился за голову. – Уй-йооо… Последствия вчерашнего попоища давали о себе знать. – Ты как, братуха? – озабоченно спросил Женя. – Душа просит покоя, сердце просит любви, тело просит разврата. Никому ничего не даю, все трое сидят злые, – пробормотал я. – Тебе, может, стоит опохмелиться? – Не. Работать надо. И вообще, от всех болезней есть аж целых два лекарства. «Пройдет» и «Заживет».
Мы с тобой даже не друзья. – Вот как? – хохотнул Скуриди и поглядел на меня с хитрым прищуром. – А вдруг подружимся? – Вполне возможно, – невозмутимо ответил я. – А чтобы не потерять друга, надо сделать так, чтобы у него не было ни единого шанса ударить тебя ножом в спину. – Н-да. Тяжело тебе жить с такими-то убеждениями, наверное.
Чтобы принимать решения на научной основе, надо собрать как можно больше сведений и определить с максимальной точностью, кому и что надо делать. Как в шахматной партии: надо рассчитывать не только один ход, но и последующие. Планировать надо не на день и не на два, а заглядывать в будущее — хотя бы на пять лет. Чем более детальным и точным будет план, тем лучше.
Однако любая инициатива, полезная или бесполезная, ломает планы правительства. Чем лучше и точнее план, тем хуже на него действует инициатива исполнителей. Если хотя бы десять миллионов директоров, конструкторов, инженеров, рабочих проявят инициативу, то они разрушат все плановое хозяйство. Ради сохранения социалистического способа производства государство вынуждено давить любую инициативу.