Мои цитаты из книг
Если хотите узнать глубину души человека, то плюньте ему в душу и считайте до тех пор, пока не получите по морде.
Вновь в Познаньске неспокойно. Повисла над городом колдовкина полная луна, и, зову ее покорный, вышел на улицы зверь-волкодлак. А следом и колдовкиным духом потянуло. Что надобно ей, Хозяйке Серых земель, в Познаньске? Кому, как не старшему актору королевской полиции Себастьяну, сие выяснять, конечно, ежели сам актор в живых останется. Заодно уж пусть разберется со странными делами, что творятся в благочинном семействе князей Вевельских, в тайнах ведьмачьего прошлого и иных, несомненно...
Не навязывайте мне ваше счастье, у меня есть свое!
Вновь в Познаньске неспокойно. Повисла над городом колдовкина полная луна, и, зову ее покорный, вышел на улицы зверь-волкодлак. А следом и колдовкиным духом потянуло. Что надобно ей, Хозяйке Серых земель, в Познаньске? Кому, как не старшему актору королевской полиции Себастьяну, сие выяснять, конечно, ежели сам актор в живых останется. Заодно уж пусть разберется со странными делами, что творятся в благочинном семействе князей Вевельских, в тайнах ведьмачьего прошлого и иных, несомненно...
Никогда книги не излучали столько света, как в кострах инквизиции.
Вновь в Познаньске неспокойно. Повисла над городом колдовкина полная луна, и, зову ее покорный, вышел на улицы зверь-волкодлак. А следом и колдовкиным духом потянуло. Что надобно ей, Хозяйке Серых земель, в Познаньске? Кому, как не старшему актору королевской полиции Себастьяну, сие выяснять, конечно, ежели сам актор в живых останется. Заодно уж пусть разберется со странными делами, что творятся в благочинном семействе князей Вевельских, в тайнах ведьмачьего прошлого и иных, несомненно...
Мало знать себе цену, надо еще пользоваться спросом…
Вновь в Познаньске неспокойно. Повисла над городом колдовкина полная луна, и, зову ее покорный, вышел на улицы зверь-волкодлак. А следом и колдовкиным духом потянуло. Что надобно ей, Хозяйке Серых земель, в Познаньске? Кому, как не старшему актору королевской полиции Себастьяну, сие выяснять, конечно, ежели сам актор в живых останется. Заодно уж пусть разберется со странными делами, что творятся в благочинном семействе князей Вевельских, в тайнах ведьмачьего прошлого и иных, несомненно...
«Арнульф действительно был сильно болен, причём наследника Карла Великого давно терзала весьма неимператорксого уровня болезнь - врачи никак не могли избавить его от сонма вшей глистов, зародившихся, соответственно, в его волосах и кишках благодаря весьма невежественным манерам.»Сказал, как отрезал. Очень нравится стиль автора: повествование ведётся от третьего лица и рассказывает о реальных событиях. Надо, пожалуй, добавить, не без толики юмора.
«Трупный синод» – первая книга исторической серии «Kyrie Eleison» о средневековой Италии конца IX – первой половины X веков. Это время окончательного развала империи Карла Великого и глубочайшего нравственного падения Римско-католической церкви, приведшее к суду над умершим папой и установлению в Риме и над Святым Престолом власти двух женщин – супруги и дочери сенатора Теофилакта, прославившихся своей красотой и развращенностью. В истории Римско-католической церкви этот период носит название...
Тебе подобные выступают за дискриминацию геев, чтобы потом поехать в Ватикан молиться под фресками Леонардо да Винчи и Микеланджело, известных своим неравнодушием к мужчинам. Двойные стандарты. Слышал?
«Книга Панчина – это мрачная антиутопия в духе Оруэлла и Кафки, но через эту пыльную паутину пробивается уверенность автора в величии человеческого разума. Это книга о том, как важно сохранять здравый смысл, как бы ни был абсурден окружающий мир – тем более важно, чем более абсурден. Никакой надежды нет, и это повод создать ее заново. Может быть, окажется еще не поздно».
Ася Казанцева, научный журналист,
лауреат премии «Просветитель»
Люди уничтожают лес, чтобы сделать из него мебель, а лес — это легкие планеты, его надо беречь.
«Книга Панчина – это мрачная антиутопия в духе Оруэлла и Кафки, но через эту пыльную паутину пробивается уверенность автора в величии человеческого разума. Это книга о том, как важно сохранять здравый смысл, как бы ни был абсурден окружающий мир – тем более важно, чем более абсурден. Никакой надежды нет, и это повод создать ее заново. Может быть, окажется еще не поздно».
Ася Казанцева, научный журналист,
лауреат премии «Просветитель»
А мы убедили себя в том, что на небесах есть невидимый дядька, которому не плевать на то, как мы чистим картошку — по часовой стрелке или против часовой. Заодно мы уверовали в гомеопатию. Клинические испытания? Нет, не слышали. Это все старая атеистическая наука! Эксперименты показывали, что гомеопатия не работает? Законам физики противоречит? Отменим эксперименты и законы, но оставим гомеопатию. Ведь КТО-ТО сказал, что его бабке это о-го-го как помогло! КТО-ТО сказал! Представляешь! Чья-то бабка!
«Книга Панчина – это мрачная антиутопия в духе Оруэлла и Кафки, но через эту пыльную паутину пробивается уверенность автора в величии человеческого разума. Это книга о том, как важно сохранять здравый смысл, как бы ни был абсурден окружающий мир – тем более важно, чем более абсурден. Никакой надежды нет, и это повод создать ее заново. Может быть, окажется еще не поздно».
Ася Казанцева, научный журналист,
лауреат премии «Просветитель»
Но в итоге теологи показали, что хвосты у людей - это не возврат к предковому состоянию, как предполагали сторонники ошибочной теории Дарвина, а результат совокупления женщины с бесом. Все подобные биологические гипотезы были запрещены, ибо отрицали учение телегонии, а значит, склоняли молодых девушек к разврату и разрушали семейные ценности.
«Книга Панчина – это мрачная антиутопия в духе Оруэлла и Кафки, но через эту пыльную паутину пробивается уверенность автора в величии человеческого разума. Это книга о том, как важно сохранять здравый смысл, как бы ни был абсурден окружающий мир – тем более важно, чем более абсурден. Никакой надежды нет, и это повод создать ее заново. Может быть, окажется еще не поздно».
Ася Казанцева, научный журналист,
лауреат премии «Просветитель»
Порнография - это зло? Конечно зло! Спросите любого священника. Но куда в средневековой целомудренной Европе пошёл бы человек, желающий порадовать свой неприхотливый глаз качественными художественными изображениями обнаженных людей? Ну? Конечно же, в церковь!
«Книга Панчина – это мрачная антиутопия в духе Оруэлла и Кафки, но через эту пыльную паутину пробивается уверенность автора в величии человеческого разума. Это книга о том, как важно сохранять здравый смысл, как бы ни был абсурден окружающий мир – тем более важно, чем более абсурден. Никакой надежды нет, и это повод создать ее заново. Может быть, окажется еще не поздно».
Ася Казанцева, научный журналист,
лауреат премии «Просветитель»