Мои цитаты из книг
То было счастливое время, когда мальчики, пуская волчок, ещё не рассуждали о политике, а девочки, одевая и раздевая своих кукол, ещё не рассуждали о нравственности.
«Сильвандир» — один из ранних романов Дюма, созданный под влиянием произведений Вальтера Скотта и тонко стилизованный под прозу XVIII века. История юных влюбленных, которых пытаются разлучить родные и судьба, элегантно и чуть иронично обрамляется картинами быта и нравов королевского двора. Придворные интриги, опасные приключения, пылкие страсти и нежные чувства — этот роман увлечет всех ценителей хорошей исторической прозы. Иллюстрации М. Ряполова
Спешно придумывая новую легенду, он мялся и заикался.
- Короче, заколдованный я, вот. А вообще я принц. Ага. Принц. - Риммон замолчал задумавшись.
<...>
- А какого же ты, Ри, королевства принц? И как тебя угораздило то?
- Какого королевства? Да вот, не помню. Меня как заколдовали, так я все напрочь позабыл, помню только, что принц, и расколдовать меня может…
- Только поцелуй прекрасной девы!!! - радостно пискнула Ветерок. - Ну это, я быстро!!!
- Нет, нет, не все так просто!!! - забормотал Риммон в ужасе отползая от восторженной дуры, желающей испортить так великолепно составленную историю. - Колдовство очень, ну очень сильное!!! Тут даже минет не поможет!
Девушка покраснела, Лесник прыснул, а Барс громогласно расхохотался.
Михаил Булыух – российский писатель-фантаст, работающий в жанре ЛитРПГ. Свою изначальную популярность он получил благодаря трилогии «Грязные игры», размещённой на литературных порталах. Книга первая в цикле «Грязные игры». Здесь нет любовной линии, да и Главного Героя тоже нет. Вместо него есть Главный Злодей. Князь Ада Вельзевул, не свел баланса душ, и как не бился, дебет с кредитом не захотел сходиться категорически. Оказалось, на Земле стартовала ММОРПГ с полным погружением, и души людей,...
Птица моей жизни ещё не прилетела!!!
В его жизни все донельзя запутано. Отношения с родителями: по словам отца, он «крученый, верченый». С женщинами – любимой и нелюбимой. У него большой талант, но гордость и гордыня мешают ему. Однако есть на свете девушка Аглая…
Если посмотришь успокоенным взглядом <...> - увидишь - любой вещи присуще то, на что она способна, различишь голоса гусениц и шелест осеннего ветра.Басё
До сих пор Япония для нас – это страна, лежащая за пределами наших представлений о мире, за гранью действительности, обитель сновидений. Писатель Марина Москвина и художник Леонид Тишков побывали в Токио, Киото, Наре, прошли по тропинкам поэта Басё, медитировали в монастырях, поднялись на Фудзи – так родилась эта головокружительная книга, где сквозь современность просвечивает образ древней Японии, таинственной земли, по которой бродят тени дзенских Учителей, где звучат и поныне голоса мастеров...
Хокку возникает тогда, когда семь чувств и десять тысяч форм запечатлеваются в твоей душе.<...>В каждом маленьком хокку пускай чувствуется дыхание огромного мира.Я.Л. Аким
До сих пор Япония для нас – это страна, лежащая за пределами наших представлений о мире, за гранью действительности, обитель сновидений. Писатель Марина Москвина и художник Леонид Тишков побывали в Токио, Киото, Наре, прошли по тропинкам поэта Басё, медитировали в монастырях, поднялись на Фудзи – так родилась эта головокружительная книга, где сквозь современность просвечивает образ древней Японии, таинственной земли, по которой бродят тени дзенских Учителей, где звучат и поныне голоса мастеров...
...Артур Уэйли, сделавший "Гэндзи" достоянием мировой литературы, на приглашение писателя Кавабата Ясунари приехать в Японию ответил, что не приедет, потому что боится разочароваться.
До сих пор Япония для нас – это страна, лежащая за пределами наших представлений о мире, за гранью действительности, обитель сновидений. Писатель Марина Москвина и художник Леонид Тишков побывали в Токио, Киото, Наре, прошли по тропинкам поэта Басё, медитировали в монастырях, поднялись на Фудзи – так родилась эта головокружительная книга, где сквозь современность просвечивает образ древней Японии, таинственной земли, по которой бродят тени дзенских Учителей, где звучат и поныне голоса мастеров...
Рубить живое дерево, "ниспосланное с неба", не разрешается.
До сих пор Япония для нас – это страна, лежащая за пределами наших представлений о мире, за гранью действительности, обитель сновидений. Писатель Марина Москвина и художник Леонид Тишков побывали в Токио, Киото, Наре, прошли по тропинкам поэта Басё, медитировали в монастырях, поднялись на Фудзи – так родилась эта головокружительная книга, где сквозь современность просвечивает образ древней Японии, таинственной земли, по которой бродят тени дзенских Учителей, где звучат и поныне голоса мастеров...
- Я безнадежно болен ключами и скалами окрестных мест, я хронически болен здешними туманами и дымкой.
До сих пор Япония для нас – это страна, лежащая за пределами наших представлений о мире, за гранью действительности, обитель сновидений. Писатель Марина Москвина и художник Леонид Тишков побывали в Токио, Киото, Наре, прошли по тропинкам поэта Басё, медитировали в монастырях, поднялись на Фудзи – так родилась эта головокружительная книга, где сквозь современность просвечивает образ древней Японии, таинственной земли, по которой бродят тени дзенских Учителей, где звучат и поныне голоса мастеров...
Одна только мера была у него - для жизни и для искусства: поэзия это или не поэзия.
До сих пор Япония для нас – это страна, лежащая за пределами наших представлений о мире, за гранью действительности, обитель сновидений. Писатель Марина Москвина и художник Леонид Тишков побывали в Токио, Киото, Наре, прошли по тропинкам поэта Басё, медитировали в монастырях, поднялись на Фудзи – так родилась эта головокружительная книга, где сквозь современность просвечивает образ древней Японии, таинственной земли, по которой бродят тени дзенских Учителей, где звучат и поныне голоса мастеров...
Власть бросалась верными слугами, как несмышленный ребёнок погремушками...
Лыков повышен в чине, теперь он статский советник. И стал ненадолго бюрократом: временно руководит Восьмым делопроизводством Департамента полиции. «Восьмерка» — всероссийский сыск, она координирует действия всех сыскных отделений империи. Но бюрократ из Лыкова не получается: кабинетная работа не для него. По счастью, Столыпин нашел Алексею Николаевичу лучшее применение. Премьер-министр обеспокоен участившимися экспроприациями в Петербурге и Москве. Гибнут люди, налетчики похищают крупные...