Мои цитаты из книг
Уля точно знала, что один из сисадминов держит в офисе подушку и действительно там спит, обычно ближе к концу рабочего дня: вешает на дверь табличку с какой-нибудь ересью о техническом перерыве или чистке серверов и заваливается в соседнюю секцию, где не работает лампочка и одиноко стоит пустой системник. Уля никогда не думала, что будет ему завидовать. Он ведь работал с программой, которую даже монстром Франкенштейна сложно назвать: у того хоть было сознание и желание учиться. А эта программа могла только бессвязно мычать и просить, чтобы ее поскорее пристрелили. В зарубежных фильмах такие преступления против природы обычно охотились на людей. Хотя и в реальности происходило примерно то же самое.
Уля застряла в офисном лифте. С кем не бывает? Вот только лифт не завис между этажами, а продолжает двигаться – всё ниже и ниже… в бездну бесконечности. Роковая ошибка или знак судьбы, но вот Уля уже в гуще событий, и Вселенная буквально трещит по швам. А после встреч с таинственными незнакомцами, попеременно заглядывающими в стремительно спускающийся лифт, остается больше вопросов, чем ответов. В общем, не так себе представляла Уля этот рабочий день. Что будет, когда двери, наконец,...
Крови было немного. Слабое утешение: от коленки и почти до самой ступни тянулась красная полоса. Колготкам, которые Уля так берегла, пришел конец. Не то чтобы полный, они все-таки неплохо держались, но надеть их куда бы то ни было Уле уже не светит. Если только на зомби-вечеринку. Западный Хеллоуин сейчас с упоением отмечали во многих конторах города; исключениями не были ни редакции печатных и онлайн-изданий, ни телеканалы. В прошлом году, когда Уля еще была на испытательном сроке, она пришла в костюме Снежной Королевы, который остался у нее со школы. Она доработала его по случаю: добавила грима, пластиковых клыков и прозрачных когтей как бы изо льда. Все-таки были свои плюсы и в низком росте, и в том факте, что Уля мало изменилась со времени, когда играла Снежную Королеву для младшеклассников. Она была дублершей и до самого конца не знала, что ей все-таки предстоит выйти на тесную, покрытую линолеумом сцену, в углу которой совсем не к месту стояло фортепиано. Они сыграли сказку три раза подряд. К концу второго затисканные розы завяли, но новые взять было неоткуда – пришлось доигрывать так, с почти символично поникшими цветами, которые, к сожалению, не расцветали снова в финале.
Уля застряла в офисном лифте. С кем не бывает? Вот только лифт не завис между этажами, а продолжает двигаться – всё ниже и ниже… в бездну бесконечности. Роковая ошибка или знак судьбы, но вот Уля уже в гуще событий, и Вселенная буквально трещит по швам. А после встреч с таинственными незнакомцами, попеременно заглядывающими в стремительно спускающийся лифт, остается больше вопросов, чем ответов. В общем, не так себе представляла Уля этот рабочий день. Что будет, когда двери, наконец,...
Как в детстве, когда бежишь из школы домой, вверх, вверх, вверх по ступеням до восьмого этажа, потому что лифт опять не работает, скидываешь портфель и ботинки одним точным движением, оставляешь куртку на стуле, включаешь телевизор, а там вместо мультиков – экстренный выпуск новостей. Или вообще телепрограмму снова изменили, или подписали договор с каким-то другим каналом и к расписанию придется привыкать заново – подстраивать под него и скорость возвращения из школы, и вечерние прогулки.
Уля застряла в офисном лифте. С кем не бывает? Вот только лифт не завис между этажами, а продолжает двигаться – всё ниже и ниже… в бездну бесконечности. Роковая ошибка или знак судьбы, но вот Уля уже в гуще событий, и Вселенная буквально трещит по швам. А после встреч с таинственными незнакомцами, попеременно заглядывающими в стремительно спускающийся лифт, остается больше вопросов, чем ответов. В общем, не так себе представляла Уля этот рабочий день. Что будет, когда двери, наконец,...
Металл оказался прохладнее, чем Уля думала. Словно за ним простиралась не шахта, а бесконечность космоса. Уля покачала головой и убрала руку. Кажется, в детстве она читала сказку про лифт, который следовал в космос. Кто это был? Джанни Родари? Или все-таки нет? Очень в его стиле. «Ночью все кошки серы». «Светофор решил показать голубой свет, потому что дорога в небо открыта». «Лифт поднялся в космос». Отличная получилась бы обзорная площадка для наблюдения за последними днями Земли. Хотя про такое Родари точно не писал.
Уля застряла в офисном лифте. С кем не бывает? Вот только лифт не завис между этажами, а продолжает двигаться – всё ниже и ниже… в бездну бесконечности. Роковая ошибка или знак судьбы, но вот Уля уже в гуще событий, и Вселенная буквально трещит по швам. А после встреч с таинственными незнакомцами, попеременно заглядывающими в стремительно спускающийся лифт, остается больше вопросов, чем ответов. В общем, не так себе представляла Уля этот рабочий день. Что будет, когда двери, наконец,...
Как говорила все та же бабушка, береженого бог бережет. Правда, она не уточняла, какой, а Уля наверняка знала, что та не ходит в церковь и читает на ночь совсем не те молитвы, которые звучат в большинстве соседских домов.
Уля застряла в офисном лифте. С кем не бывает? Вот только лифт не завис между этажами, а продолжает двигаться – всё ниже и ниже… в бездну бесконечности. Роковая ошибка или знак судьбы, но вот Уля уже в гуще событий, и Вселенная буквально трещит по швам. А после встреч с таинственными незнакомцами, попеременно заглядывающими в стремительно спускающийся лифт, остается больше вопросов, чем ответов. В общем, не так себе представляла Уля этот рабочий день. Что будет, когда двери, наконец,...
Люди привыкают ко всему. Даже к такой странной вещи, как вечно движущийся лифт. Так подумать, в каком-нибудь научном сообществе за него бы отвалили кучу денег. Или, что вероятнее, выдали бы премию, а лифт бы присвоили себе и получали за его вечное движение денежки до скончания веков.
Уля застряла в офисном лифте. С кем не бывает? Вот только лифт не завис между этажами, а продолжает двигаться – всё ниже и ниже… в бездну бесконечности. Роковая ошибка или знак судьбы, но вот Уля уже в гуще событий, и Вселенная буквально трещит по швам. А после встреч с таинственными незнакомцами, попеременно заглядывающими в стремительно спускающийся лифт, остается больше вопросов, чем ответов. В общем, не так себе представляла Уля этот рабочий день. Что будет, когда двери, наконец,...
Тревожные новости для того, кто не может даже сыграть в Candy crush, чтобы хоть как-то скоротать вечный путь в ад.
Уля застряла в офисном лифте. С кем не бывает? Вот только лифт не завис между этажами, а продолжает двигаться – всё ниже и ниже… в бездну бесконечности. Роковая ошибка или знак судьбы, но вот Уля уже в гуще событий, и Вселенная буквально трещит по швам. А после встреч с таинственными незнакомцами, попеременно заглядывающими в стремительно спускающийся лифт, остается больше вопросов, чем ответов. В общем, не так себе представляла Уля этот рабочий день. Что будет, когда двери, наконец,...
Держись подальше от Твиттера: это клоака.
Новая книга Моники Али, автора ставшего всемирным бестселлером романа «Брик-лейн», – это «полифоничный портрет современного британского общества на фоне приготовлений к свадьбе, которая должна объединить две семьи из двух весьма далеких друг от друга миров» (Publishers Weekly). Ясмин и Джо – коллеги, молодые врачи. Невеста выросла в консервативной индийской семье, в то время как мать жениха – активная феминистка, известная своими полиаморными увлечениями. Встреча этих двух миров еще на стадии...
- Честное слово, Ясмин, надо уметь за себя постоять. Как любит повторять моя мать, никогда не бойся создавать проблемы, потому что лучшая женщина - это проблемная женщина.
Новая книга Моники Али, автора ставшего всемирным бестселлером романа «Брик-лейн», – это «полифоничный портрет современного британского общества на фоне приготовлений к свадьбе, которая должна объединить две семьи из двух весьма далеких друг от друга миров» (Publishers Weekly). Ясмин и Джо – коллеги, молодые врачи. Невеста выросла в консервативной индийской семье, в то время как мать жениха – активная феминистка, известная своими полиаморными увлечениями. Встреча этих двух миров еще на стадии...
стоит один раз нарушить правила и уже не сможешь остановиться
Новая книга Моники Али, автора ставшего всемирным бестселлером романа «Брик-лейн», – это «полифоничный портрет современного британского общества на фоне приготовлений к свадьбе, которая должна объединить две семьи из двух весьма далеких друг от друга миров» (Publishers Weekly). Ясмин и Джо – коллеги, молодые врачи. Невеста выросла в консервативной индийской семье, в то время как мать жениха – активная феминистка, известная своими полиаморными увлечениями. Встреча этих двух миров еще на стадии...