Мои цитаты из книг
Если бы существовала награда за неуклюжесть, я её точно получила бы, а потом уронила.
5 девушек за 30 дней — кажется, слишком легкая задачка для самого популярного парня универа? Но все гораздо сложнее. Гай поспорил с друзьями, что завоюет и разобьет сердца сразу пяти сокурсниц в течение месяца. Вот только он не знает, что задурить голову главной местной заучке Ежовой, выбранной в качестве одной из жертв, у него не выйдет. И не только потому что девушка умна, скромна и знает себе цену. Просто она стала случайным свидетелем этого самого спора и теперь намерена сделать все, чтобы...
"Любовь, она как солнце. Можно пытаться заслониться от нее или спрятаться в тени. Можно сколько угодно убеждать себя в том, что ее нет. Но от этого она никуда не исчезнет"
5 девушек за 30 дней — кажется, слишком легкая задачка для самого популярного парня универа? Но все гораздо сложнее. Гай поспорил с друзьями, что завоюет и разобьет сердца сразу пяти сокурсниц в течение месяца. Вот только он не знает, что задурить голову главной местной заучке Ежовой, выбранной в качестве одной из жертв, у него не выйдет. И не только потому что девушка умна, скромна и знает себе цену. Просто она стала случайным свидетелем этого самого спора и теперь намерена сделать все, чтобы...
Не важно, когда ты становишься мужчиной, в первом классе или позже. Главное – становишься. И необязательно махать для этого кулаками. Мужчина – это его поступки. Любые.
5 девушек за 30 дней — кажется, слишком легкая задачка для самого популярного парня универа? Но все гораздо сложнее. Гай поспорил с друзьями, что завоюет и разобьет сердца сразу пяти сокурсниц в течение месяца. Вот только он не знает, что задурить голову главной местной заучке Ежовой, выбранной в качестве одной из жертв, у него не выйдет. И не только потому что девушка умна, скромна и знает себе цену. Просто она стала случайным свидетелем этого самого спора и теперь намерена сделать все, чтобы...
Если не пытаться пережить плохие времена, лучшие никогда не наступят.
«Невероятный эффект присутствия». Курт Рассел «Книга, сравнимая с «Джанго освобожденным» Тарантино». Booklist От постановщика нашумевших картин «Костяной томагавк» с Куртом Расселом и «Закатать в асфальт» с Мелом Гибсоном. Роман, стирающий грань между прозой и кинематографом. Дикий вестерн-триллер. Уникальная смесь атмосферы произведений великого Кормака Маккарти и фильмов Тарантино и Родригеса. Готовится экранизация: с текстом работает сценарист культовых сериалов «Остаться в живых» и...
– Держите покрепче, – сказал Брент, надевая толстые перчатки, – чтобы череп не поранил. – Он отмотал два ярда проволоки, отрезал ее ножницами, а Натаниэль, подавшись вперед, прижал голову мексиканца к полу.
Брент обмотал колючей проволокой лодыжки пленника, и четыре шипа впились в голую кожу. Мексиканец вскрикнул, и крик прошел через тело Щеголя эхом боли. Ковбой торопливо закрепил концы проволок и отступил. Ноги жертвы напоминали теперь перепончатые конечности некоего земноводного.
– Не убивайте, – захныкал уроженец Среднего Запада. – Пожалуйста. У меня две дочери…
Длинный сунул ему в рот кляп.
– Выплюнешь – отрежу правую руку.
Мольбы моментально стихли. Брент указал на лежащего без сознания пленника с закрученными усами.
– Теперь этого.
Стараясь не отвлекаться и ни о чем не думать, Натаниэль послушно кивнул и опустился на колени. Ковбой обрезал стрелы, и Щеголь снял с пленного обувь и стянул зеленые брюки и подштанники. Потом, во-оружившись ножницами, мужчины разрезали заляпанную кровью белую рубашку.
– Этого я знаю, – сжав кулаки, проговорила Долорес.
Лицо Брента потемнело.
Натаниэль наклонился и сжал голову пленника.
– Держи крепче. – Одним быстрым движением ковбой обмотал ноги усатого колючей проволокой, и тот вскрикнул. У Натаниэля тряслись руки. Брент бросил взгляд на сестру и дернул проволоку. Шипы впились в лодыжки и икры пленника, и тот взвыл от боли.
– Полегче пока, – предупредил Длинный.
Брент закончил с проволокой и поднялся. Окровавленные ноги усача упали на пол и задергались. Натаниэль отпустил голову. Долорес, приковыляла к пленнику, ударила его костылем в лицо.
– Дрянь!
Натаниэль и Брент раздели окровавленного вакеро, которому достались аж четыре стрелы. Пастух умирал и даже не очнулся, когда ему связали проволокой ноги. Следующим был рыжеволосый, который заныл, когда с него стащили брюки, лишился чувств, когда обрезали стрелы, и снова пришел в себя, когда с него стали срывать остатки одежды. Ковбой обмотал лодыжки проволокой, и Натаниэль ощутил на ладонях теплые слезы.
– Что там? – спросил Длинный. – Горизонт чист?
– Так точно, сэр, – ответил Стиви.
– Чист, – отозвался снаружи Глубокие Озера.
Длинный посмотрел на Брента и Натаниэля.
– А теперь подвесьте пленных на штыри вниз головой.
Джентльмен невольно поежился.
– Берите за ноги и вставайте спереди, чтобы не лягнули, – деловито, словно речь шла о стреноженном бычке, посоветовал Брент и, схватив усатого толстяка, потащил его по полу – к западной двери и наружу.
«Невероятный эффект присутствия». Курт Рассел «Книга, сравнимая с «Джанго освобожденным» Тарантино». Booklist От постановщика нашумевших картин «Костяной томагавк» с Куртом Расселом и «Закатать в асфальт» с Мелом Гибсоном. Роман, стирающий грань между прозой и кинематографом. Дикий вестерн-триллер. Уникальная смесь атмосферы произведений великого Кормака Маккарти и фильмов Тарантино и Родригеса. Готовится экранизация: с текстом работает сценарист культовых сериалов «Остаться в живых» и...
Мужчины становятся другими – такими, каких сами же и презирают, – когда внутри воет волк вожделения.
«Невероятный эффект присутствия». Курт Рассел «Книга, сравнимая с «Джанго освобожденным» Тарантино». Booklist От постановщика нашумевших картин «Костяной томагавк» с Куртом Расселом и «Закатать в асфальт» с Мелом Гибсоном. Роман, стирающий грань между прозой и кинематографом. Дикий вестерн-триллер. Уникальная смесь атмосферы произведений великого Кормака Маккарти и фильмов Тарантино и Родригеса. Готовится экранизация: с текстом работает сценарист культовых сериалов «Остаться в живых» и...
На каждую унцию веры у него приходилось двадцать фунтов сомнений, но он не был настолько горд, чтобы не попросить помощи у самой популярной из всемогущих сил.
«Невероятный эффект присутствия». Курт Рассел «Книга, сравнимая с «Джанго освобожденным» Тарантино». Booklist От постановщика нашумевших картин «Костяной томагавк» с Куртом Расселом и «Закатать в асфальт» с Мелом Гибсоном. Роман, стирающий грань между прозой и кинематографом. Дикий вестерн-триллер. Уникальная смесь атмосферы произведений великого Кормака Маккарти и фильмов Тарантино и Родригеса. Готовится экранизация: с текстом работает сценарист культовых сериалов «Остаться в живых» и...
– Я не намерена читать вам нотаций… – Обычно все нотации с этого и начинаются.
«Невероятный эффект присутствия». Курт Рассел «Книга, сравнимая с «Джанго освобожденным» Тарантино». Booklist От постановщика нашумевших картин «Костяной томагавк» с Куртом Расселом и «Закатать в асфальт» с Мелом Гибсоном. Роман, стирающий грань между прозой и кинематографом. Дикий вестерн-триллер. Уникальная смесь атмосферы произведений великого Кормака Маккарти и фильмов Тарантино и Родригеса. Готовится экранизация: с текстом работает сценарист культовых сериалов «Остаться в живых» и...
На инстинктивном уровне человек боится пыток и уродования больше смерти. Он может представить, что такое получить клеймо, потому что сам обжигался. Может представить, каково быть слепым, потому что ему приходилось пробираться через темную комнату и натыкаться на мебель, а если у него когда-либо болели интимные места, он может представить, как чувствует себя кастрат. Смерть – дело другое, потому что она – неведомое. Человек может даже верить, что она – начало некоего нового существования. Но никто не питает иллюзий насчет того, какая жизнь ожидает увечного слепого кастрата.
«Невероятный эффект присутствия». Курт Рассел «Книга, сравнимая с «Джанго освобожденным» Тарантино». Booklist От постановщика нашумевших картин «Костяной томагавк» с Куртом Расселом и «Закатать в асфальт» с Мелом Гибсоном. Роман, стирающий грань между прозой и кинематографом. Дикий вестерн-триллер. Уникальная смесь атмосферы произведений великого Кормака Маккарти и фильмов Тарантино и Родригеса. Готовится экранизация: с текстом работает сценарист культовых сериалов «Остаться в живых» и...
Вот уже почти десять лет перегоняя скот, гуртовщик научился видеть разницу между хорошими парнями и плохими, между хорошими парнями, порой оступающимися, и плохими, поступающими хорошо, чтобы обмануть окружающих.
«Невероятный эффект присутствия». Курт Рассел «Книга, сравнимая с «Джанго освобожденным» Тарантино». Booklist От постановщика нашумевших картин «Костяной томагавк» с Куртом Расселом и «Закатать в асфальт» с Мелом Гибсоном. Роман, стирающий грань между прозой и кинематографом. Дикий вестерн-триллер. Уникальная смесь атмосферы произведений великого Кормака Маккарти и фильмов Тарантино и Родригеса. Готовится экранизация: с текстом работает сценарист культовых сериалов «Остаться в живых» и...