admin

— Оа не рождала этих людей из своего чрева.

Новая голова знала, что многое ушло без возврата, как уходит морская волна. Она знала, что страдание приемлемо и переносимо, если быть терпеливым, как терпелив мужчина к язвящим уколам терниев,

Все погрузились в то глубокое молчание, которое было соприродно им гораздо больше, нежели слова, молчание, отторгнутое от времени, и на отлоге сначала возникло единство во многих мыслях, а потом, может быть, мыслей не стало вовсе.

Я удивленно воззрилась на протянутую ладонь. Что это с Ричардом? Я и сама способна спуститься с крыльца. Или боится, будто я настолько ослабела от голода, что не удержусь на ногах и кубарем скачусь по ступенькам?
– Ах, Агата, ты невыносима! – с досадой воскликнул Ричард, когда пауза слишком затянулась. – Ты понятия не имеешь, как должна вести себя девушка!
– Она должна вести себя как полная калека? – скептически вопросила я.

Улицы разбитых артефактов. Череп в холодильнике

Елена Малиновская

Позвольте представиться. Нас двое: я, Агата Веррий, и мой старший компаньон Ричард Эшрин. Вас прокляли заклятьем неудержимой страсти? От вас накануне свадьбы сбежала невеста? Вы потеряли очень ценную вещь? Не беспокойтесь, мы все отыщем и все уладим! Просто обращайтесь в наше агентство магического сыска «Тайн нет». Правда, как раз тайн вокруг нас хватает. Причем некоторые из них такие, что впору вспомнить про поговорку о скелетах в шкафах. Только в нашем случае все началось с черепа в...

Ха очень много видит внутри головы!

— Вначале была великая Оа. Она родила землю из своего чрева. И вскормила ее грудью. Потом земля родила женщину, а женщина родила из своего чрева первого мужчину.

что толку от мужчины, кроме как вынюхивать и видеть внутри головы?

— Оа не рождала этих людей из своего чрева.

Новая голова знала, что многое ушло без возврата, как уходит морская волна. Она знала, что страдание приемлемо и переносимо, если быть терпеливым, как терпелив мужчина к язвящим уколам терниев,

Все погрузились в то глубокое молчание, которое было соприродно им гораздо больше, нежели слова, молчание, отторгнутое от времени, и на отлоге сначала возникло единство во многих мыслях, а потом, может быть, мыслей не стало вовсе.