Мои цитаты из книг
Искусство - дело 50 человек, из них 30 ненормальных.
Вам бы хотелось, чтобы книга Флориана Иллиеса «1913. Лето целого века» не заканчивалась? Автор чувствовал то же самое. В течение многих лет он искал и собирал новые захватывающие истории из этого невероятного года. Результат вы держите в руках. В продолжении международного бестселлера «тизер XX века», как сформулировала в свое время пресса, разворачивается в масштабную диораму: старые герои высвечиваются с новой стороны, к ним присоединяются Фернандо Пессоа, Максим Горький, Джек Лондон и многие...
В начале апреля к Василию Кандинскому приезжает мама. Она беспокоится из-за того, что ее красивый и сильный сын стал таким абстрактным.
Вам бы хотелось, чтобы книга Флориана Иллиеса «1913. Лето целого века» не заканчивалась? Автор чувствовал то же самое. В течение многих лет он искал и собирал новые захватывающие истории из этого невероятного года. Результат вы держите в руках. В продолжении международного бестселлера «тизер XX века», как сформулировала в свое время пресса, разворачивается в масштабную диораму: старые герои высвечиваются с новой стороны, к ним присоединяются Фернандо Пессоа, Максим Горький, Джек Лондон и многие...
- Любовь! Кто понимает её? Из нее сделали тему для грязных, помойных опереток, для похабных карточек, для мерзких анекдотов, для мерзких-мерзких стишков! Это мы, офицеры, сделали. Вчера у меня был Диц. Он сидел на том же самом месте, где теперь сидите вы. Он играл своим золотым пенсне и говорил о женщинах. Ромашов, дорогой мой, если бы животные, например собаки, обладали даром понимания человеческой речи и если бы одна из них услышала вчера Дица, ей-Богу, она ушла бы из комнаты от стыда. Вы знаете - Диц хороший человек, да и все хорошие, Ромашов: дурных людей нет. Но он стыдится иначе говорит о женщинах, стыдится из боязни потерять свое реноме циника, развратника и победителя. Тут какой-то общий обман, какое-то напускное мужское молодечество, какое-то хвастливое презрение к женщине. И все это оттого, что для большинства в любви, в обладании женщиной, понимаете, в окончательном обладании, - таится что-то грубо животное, что-то эгоистичное, только для себя, что-то сокровенно-низменное, блудливое и постыдное - чёрт! - я не умею этого выразить. И оттого-то у большинства вслед за обладанием идёт холодность и отвращение, вражда. Оттого-то люди и отвели для любви ночь, так же как для воровства и для убийства... Тут, дорогой мой, природа устроила для людей какую-то засаду с приманкой и с петлей.
- Это правда, - тихо и печально согласился Ромашов.
- Нет, неправда! - громко крикнул Назанский. - А я вам говорю - неправда. Природа, как и во всем, распорядилась гениально. То-то и дело, что для поручика Дица вслед за любовью идет брезгливость и пересыщение, а для Данте вся любовь - прелесть, очарование, весна! Нет, нет, не думайте: я говорю о любви в самом прямом, телесном смысле. Но она - удел избранников. Вот вам пример: все люди обладают музыкальным слухом, но у миллионов он, как у рыбы трески или как у штабс-капитана Васильченки, а один из этого миллиона - Бетховен. Так во всем: в поэзии, в художестве, в мудрости... И любовь, говорю я вам, имеет свои вершины, доступным лишь единицам из миллионов.
Захолустный городок на юге России, воинская часть N-ского пехотного полка. Куприн сам служил в армии и небольшие эпизоды, описывающие будни русской армии второй половины 19-го века, показаны автором очень ярко и исторически правдиво. В книге вы найдете колоритные образы русских офицеров, философские размышления о человеке и великий накал страстей. В окружении пьянства, разврата и тупой армейской жизни вырисовывается светлый, романтичный образ молодого субалтерн-офицера Ромашова, взросление его...
Также поражало его, – когда он вдумывался поглубже, – то, что огромное большинство интеллигентных профессий основано исключительно на недоверии к человеческой честности и таким образом обслуживает человеческие пороки и недостатки. Иначе к чему были бы повсюду необходимы конторщики, бухгалтеры, чиновники, полиция, таможня, контролеры, инспекторы и надсмотрщики – если бы человечество было совершенно?
Захолустный городок на юге России, воинская часть N-ского пехотного полка. Куприн сам служил в армии и небольшие эпизоды, описывающие будни русской армии второй половины 19-го века, показаны автором очень ярко и исторически правдиво. В книге вы найдете колоритные образы русских офицеров, философские размышления о человеке и великий накал страстей. В окружении пьянства, разврата и тупой армейской жизни вырисовывается светлый, романтичный образ молодого субалтерн-офицера Ромашова, взросление его...
Пожалуй, она никогда и никого не любила, кроме себя. В ней пропасть властолюбия, какая-то злая и гордая сила. И в то же время она - такая добрая, женственная, бесконечно милая. Точно в ней два человека: один - с сухим, эгоистичным умом, другой - с нежным и страстным сердцем.
Захолустный городок на юге России, воинская часть N-ского пехотного полка. Куприн сам служил в армии и небольшие эпизоды, описывающие будни русской армии второй половины 19-го века, показаны автором очень ярко и исторически правдиво. В книге вы найдете колоритные образы русских офицеров, философские размышления о человеке и великий накал страстей. В окружении пьянства, разврата и тупой армейской жизни вырисовывается светлый, романтичный образ молодого субалтерн-офицера Ромашова, взросление его...
...существуют только три гордых призвания человека: наука, искусство и свободный физический труд.
Захолустный городок на юге России, воинская часть N-ского пехотного полка. Куприн сам служил в армии и небольшие эпизоды, описывающие будни русской армии второй половины 19-го века, показаны автором очень ярко и исторически правдиво. В книге вы найдете колоритные образы русских офицеров, философские размышления о человеке и великий накал страстей. В окружении пьянства, разврата и тупой армейской жизни вырисовывается светлый, романтичный образ молодого субалтерн-офицера Ромашова, взросление его...
Она была достойна любви, и он любил ее, но он был недостоин любви, и она не любила его.
Захолустный городок на юге России, воинская часть N-ского пехотного полка. Куприн сам служил в армии и небольшие эпизоды, описывающие будни русской армии второй половины 19-го века, показаны автором очень ярко и исторически правдиво. В книге вы найдете колоритные образы русских офицеров, философские размышления о человеке и великий накал страстей. В окружении пьянства, разврата и тупой армейской жизни вырисовывается светлый, романтичный образ молодого субалтерн-офицера Ромашова, взросление его...
Нельзя бить человека, который не только не может тебе ответить, но даже не имеет права поднять руку к лицу, чтобы защититься от удара. Не смеет даже отклонить головы. Это стыдно!
Захолустный городок на юге России, воинская часть N-ского пехотного полка. Куприн сам служил в армии и небольшие эпизоды, описывающие будни русской армии второй половины 19-го века, показаны автором очень ярко и исторически правдиво. В книге вы найдете колоритные образы русских офицеров, философские размышления о человеке и великий накал страстей. В окружении пьянства, разврата и тупой армейской жизни вырисовывается светлый, романтичный образ молодого субалтерн-офицера Ромашова, взросление его...
Люди выдрессировали собаку, приспособили, некоторым образом, лошадь, приручили кошку, а что это за существа такие этого мы даже знать не хотим
Захолустный городок на юге России, воинская часть N-ского пехотного полка. Куприн сам служил в армии и небольшие эпизоды, описывающие будни русской армии второй половины 19-го века, показаны автором очень ярко и исторически правдиво. В книге вы найдете колоритные образы русских офицеров, философские размышления о человеке и великий накал страстей. В окружении пьянства, разврата и тупой армейской жизни вырисовывается светлый, романтичный образ молодого субалтерн-офицера Ромашова, взросление его...
- Нет, если я попаду под поезд, и мне перережут живот, и мои внутренности смешаются с песком и намотаются на колеса, и если в этот последний миг меня спросят: "Ну что, и теперь жизнь прекрасна?" - я скажу с благодарным восторгом: "Ах, как она прекрасна!"...- Положим, вас посадили в тюрьму на веки вечные, и всю жизнь вы будете видеть из щелки только два старых изъеденных кирпича... нет, даже, положим, что в вашей тюрьме нет ни одной искорки света, ни единого звука - ничего! И все-таки разве это можно сравнить с чудовищным ужасом смерти? У вас остается мысль, воображение, память, творчество - ведь и с этим можно жить. И у вас даже могут быть минуты восторга от радости жизни.
Захолустный городок на юге России, воинская часть N-ского пехотного полка. Куприн сам служил в армии и небольшие эпизоды, описывающие будни русской армии второй половины 19-го века, показаны автором очень ярко и исторически правдиво. В книге вы найдете колоритные образы русских офицеров, философские размышления о человеке и великий накал страстей. В окружении пьянства, разврата и тупой армейской жизни вырисовывается светлый, романтичный образ молодого субалтерн-офицера Ромашова, взросление его...