В том, что касается депрессии, одна из самых странных штук состоит в том, как она влияет на память. Будучи в депрессии, я не мог вспомнить ни единого счастливого момента в жизни. То, что нормальными людьми воспринималось как счастье, мне казалось фальшивым и пустым. Хорошее прошлое превращалось в легенду, а хорошее настоящее, ну, это словосочетание было для меня чем-то вроде оксюморона.
Прошлое никогда не остается позади. Оно живет в нас каждую минуту
Некоторые вещи куда важнее планов и расписаний. Некоторые вещи надо делать прямо сейчас.
Объятия не могут быть односторонними. Вы всегда поддерживаете друг друга.
Нет ничего хуже, чем оставаться с воспоминаниями наедине.
Ненавистью не победить болезнь, ты просто погрязнешь в этом чувстве.
Я не удержался и посмотрел прямо ей в глаза. И словно провалился в темный омут, растворился в нем. Это было приятное чувство.
Я так ее люблю. До безумия. А по нынешним временам это первейшая необходимость - чтобы было кого любить.
—Слыхал? — сказал Клеман.
—Что?
—Про Модиано!
—Он что, побил рекорд по прыжкам с шестом?
—Ему дали Нобеля!
Я воздел руки к небу, как будто сам получил эту премию: в литературе, как в спорте, позволительно болеть за своих. И тут же подумал о Филипе Роте — как он там у себя в Коннектикуте, тоже, воздев к небу не только руки, а глаза, хватается за голову и недоуменно бормочет: "Патрик fucking who?"
- Ну, хватит обо мне. Ты читал мою последнюю книгу?