– Так я план «Б»? – На самом деле даже план «В». Проклятье. Я родилась по плану «В»?
– Да я бы тебе сейчас нунчаками по горлу врезала! Но не могу. Потому что не умею ими пользоваться!
– Если забыть об интрижке с твоим папашей, поверить не могу, что сижу на кровати с Аполлионом и полубогом, пускай твои способности и подавлены.
– Прямо как начало дерьмового анекдота.
– Ты мой…
– Я твой отец, – кивнул мужчина и, ухмыльнувшись, посмотрел на Сета. – Это, кстати, вторая отсылка к «Звездным войнам». Ты записываешь?
Парень смотрел на меня так, словно мир обрушился у него на глазах. И это было нормально. От моего мира он и камня на камне не оставил.
- Я убью Эрин, - проворчала я.
Сет подошел ближе и потянул одну из сумок за ремень.
- Готов тебе помочь, но почему ты хочешь ее убить, если сказала, что уже ее простила?
Я взглянула на его руку.
- Она не положила ничего, в чем я могла бы лечь спать.
- Можешь спать голой,- предложил парень. - Жаловаться не буду. Я и сам посплю голым, если тебе так будет легче.
Окончательно расстроившись, я искоса взглянула на него.
- Спасибо за поддержку.
- Я должен был ее охранять!- воскликнул я, выворачиваясь к декану. Отреагировав на мой гнев, глифы заскользили по коже. Картины на стенах задрожали, комната окрасилась в янтарный цвет. - Я должен был оберегать ее!
Маркус поднял руки.
- Я понимаю, это твоя работа, но ...
- Для меня это не просто работа, - огрызнулся я, и Маркус удивленно округлил глаза. - Защищать Ковенант -вот работа. И мне нужно было отказаться, но я исполнил свой долг и подвел ее, а она для меня что угодно, но только не работа.
Дайте нам точные цифры, сколько пороха извел тот или иной народ на фейерверки, на ракеты и шутихи, и я скажу вам, на каком уровне физического и духовного развития он находится. Чем выше цифра, тем ниже опустился душой и телом этот народ, ибо соотношение здесь обратно пропорциональное.
О свобода! Как ты прекрасна! Сколько рушится надежд, сколько горьких испытаний выпадает на долю любви, сколько разбивается сердец в краю, где нет тебя, где тираны властны вторгаться в чужую жизнь, властны преградить путь живому потоку чувства!
Все истинно храбрые люди скромны и не будут кричать о своих подвигах.