admin

Предвкушать конец света — самое древнее развлечение человечества.

Облачный атлас

Дэвид Митчелл

«Облачный атлас» подобен зеркальному лабиринту, в котором перекликаются, наслаиваясь друг на друга, шесть голосов: нотариуса середины девятнадцатого века, возвращающегося в США из Австралии; молодого композитора, вынужденного торговать душой и телом в Европе между мировыми войнами; журналистки в Калифорнии 1970-х, раскрывающей корпоративный заговор; мелкого издателя — нашего современника, умудрившегося сорвать банк на бандитской автобиографии «Удар кастетом» и бегущего от кредиторов;...

Книги не дают по-настоящему бежать от действительности, но они могут не дать разуму разодрать самого себя в кровавые клочья.

Облачный атлас

Дэвид Митчелл

«Облачный атлас» подобен зеркальному лабиринту, в котором перекликаются, наслаиваясь друг на друга, шесть голосов: нотариуса середины девятнадцатого века, возвращающегося в США из Австралии; молодого композитора, вынужденного торговать душой и телом в Европе между мировыми войнами; журналистки в Калифорнии 1970-х, раскрывающей корпоративный заговор; мелкого издателя — нашего современника, умудрившегося сорвать банк на бандитской автобиографии «Удар кастетом» и бегущего от кредиторов;...

Он трепался о тантрическом сексе — я вас умоляю. Его любимая позиция, хм, называется «водопроводчик». Весь день торчишь дома, и никто к тебе не приходит.

Облачный атлас

Дэвид Митчелл

«Облачный атлас» подобен зеркальному лабиринту, в котором перекликаются, наслаиваясь друг на друга, шесть голосов: нотариуса середины девятнадцатого века, возвращающегося в США из Австралии; молодого композитора, вынужденного торговать душой и телом в Европе между мировыми войнами; журналистки в Калифорнии 1970-х, раскрывающей корпоративный заговор; мелкого издателя — нашего современника, умудрившегося сорвать банк на бандитской автобиографии «Удар кастетом» и бегущего от кредиторов;...

Стоит только замереть, заткнуться и вслушаться — как на тебе, пожалуйста, мир сам отсеет тебе нужную идею...

Облачный атлас

Дэвид Митчелл

«Облачный атлас» подобен зеркальному лабиринту, в котором перекликаются, наслаиваясь друг на друга, шесть голосов: нотариуса середины девятнадцатого века, возвращающегося в США из Австралии; молодого композитора, вынужденного торговать душой и телом в Европе между мировыми войнами; журналистки в Калифорнии 1970-х, раскрывающей корпоративный заговор; мелкого издателя — нашего современника, умудрившегося сорвать банк на бандитской автобиографии «Удар кастетом» и бегущего от кредиторов;...

Клэр заложила во мне потребность в изоляции - ощущение, что, когда все вокруг становится слишком родным, наступает пора двигаться дальше. Когда стены начинали надвигаться на меня, у меня появлялось инстинктивное желание вырваться.

Лабиринты веры

Эллен Грин

Эта сложная, закрученная история собирает разгадку постепенно, из малых деталей, как пазл, с неожиданным поворотом на каждом шагу. В ней нет ничего очевидного, все меняется в мгновение ока. Нет ни хороших людей, ни плохих, ни черного, ни белого – лишь множество оттенков. Оттенков правды и лжи, явного и тайного, доверия и предательства, мести и воздаяния. Поэтому совершенно невозможно понять, как сложится этот пазл. До тех пор, пока на свое место не встанет последняя мелкая деталь… Аву Сондерс...

Говорят, когда человек умирает, у него перед глазами прокручивается вся жизнь. Но я чувствовала себя так, будто умираю, и перед моими глазами прокручивалась не вся моя жизнь, а ее обрывки, куски.

Лабиринты веры

Эллен Грин

Эта сложная, закрученная история собирает разгадку постепенно, из малых деталей, как пазл, с неожиданным поворотом на каждом шагу. В ней нет ничего очевидного, все меняется в мгновение ока. Нет ни хороших людей, ни плохих, ни черного, ни белого – лишь множество оттенков. Оттенков правды и лжи, явного и тайного, доверия и предательства, мести и воздаяния. Поэтому совершенно невозможно понять, как сложится этот пазл. До тех пор, пока на свое место не встанет последняя мелкая деталь… Аву Сондерс...

Моя жизнь больше мне не принадлежит. Нет мне покоя, а все из-за тебя. Помни об этом.

Лабиринты веры

Эллен Грин

Эта сложная, закрученная история собирает разгадку постепенно, из малых деталей, как пазл, с неожиданным поворотом на каждом шагу. В ней нет ничего очевидного, все меняется в мгновение ока. Нет ни хороших людей, ни плохих, ни черного, ни белого – лишь множество оттенков. Оттенков правды и лжи, явного и тайного, доверия и предательства, мести и воздаяния. Поэтому совершенно невозможно понять, как сложится этот пазл. До тех пор, пока на свое место не встанет последняя мелкая деталь… Аву Сондерс...

У всех есть проблемы более насущные, чем глобальное потепление или кризис либеральной демократии. Ни одна книга не в состоянии их решить, и я не возьмусь поучать людей, оказавшихся в подобных ситуациях. Я лишь надеюсь чему-то научиться у них.

Люди мыслят не фактами, цифрами или уравнениями, а историями. И чем проще история, тем лучше.

В 2018 году обыватель все чаще ощущает себя ненужным. В докладах на конференциях фонда TED, в правительственных аналитических центрах и на научно-технических семинарах звучит множество непонятных слов: глобализация, блокчейн, генная инженерия, искусственный интеллект, машинное обучение - и обычные люди начинают подозревать, что все эти слова не имеют к ним никакого отношения. Либеральная история - это история обычных людей.