There are few sights sadder than a working town that doesn‘t work any more. Cruckhaven had that look.
Some people you meet and feel you‘ve known all your life. Others you brush by without either making or leaving an impression.
Я повернул к машине. Есть люди, вроде Ланди, с которыми только познакомился, но кажется, знал всю жизнь. Другие мелькнут и не оставят даже впечатления, как и ты у них.
Барбара поспешно закрыла папку, взяла свой мартини и, прежде чем Изабелла успела сказать, что этим напитком надо наслаждаться, сделала большой глоток, будто это была минеральная вода. К счастью, ее макушка не вспыхнула ярким пламенем, хотя слово «крепко» сжатыми губами она произнесла с трудом.
В голове Изабеллы горшок с цветами всегда ассоциировался с плющом и надеждой, что тот не засохнет, если она на несколько недель позабудет о нем.
Динь скрестила руки под грудью, отчего та немного приподнялась. Изабеллу всегда поражал этот жест, который доказывал, что как вид женщины так ничего и не достигли. «Потряси сиськами, и вот ты уже правишь миром».
Ардери уничтожали друг друга взглядами. «Молнии, которые проскакивают между ними, вполне могут дать достаточно электричества для работы холодильника в течение месяца», – подумала Барбара.
Он больше походил на людей, сначала бросающих гранату, а потом уже задумывающихся о точности броска
Линли открыл пакет и протянул его сержанту. Она бесцеремонно высыпала его содержимое на скатерть, не обращая внимания ни на бактерии, ни на вирусы, ни на венерические заболевания, ни на остатки пищи на столе, и стала таскать чипсы прямо со стола. Линли предположил, что иммунная система Барбары вполне достойна тщательного изучения.
Сержант предпочла скрыться на кухне. Послышались звуки льющейся воды – она наполняла чайник. «Истинно британский ответ на любые проблемы», – подумал Линли.