время для выпивки было совсем не подходящим по любым стандартам, за исключением ее собственных
– Вы никогда не задумывались, сэр, как мы любим кучи камней? – спросила сержант, махнув рукой в сторону развалин замка на другой стороне улицы. – Думаю, что мы единственная страна в мире, где по телику показывают специальные программы о той или иной куче.
– Хейверс, вы меня поражаете, – заметил инспектор. – Неужели вы изменили своим зрительским привычкам?
– Да нет, – ответила Барбара, – просто вставила новую батарейку в пульт.
– Ну вот, одним этим словом вы разрушили все мои надежды.
Невозможно предугадать всего, когда дело касается преступления.
Смотреть - значит видеть, не так ли?
Все расстояния одинаковы для тех, кто друг с другом встречаться не хотят.
– А с какой стати ты считаешь это решение правильным? Почему думаешь, что поездка туда сделает тебя счастливей? На свете нет какого-то единого для всех счастья, но существует великое множество его разновидностей. А потому всякое принятие решения – пытка для человека с воображением. Ибо, окончательно что-то решив, ты как бы умножаешь количество тех вещей, которые мог бы сделать, но теперь уже никогда не сделаешь. А если хоть один человек может пострадать от принятого тобой решения, такое решение тебе вообще принимать не следует. Тебе твердят: давай, решай поскорей, не то будет поздно, но если действительно окажется слишком поздно, то нам следует быть за это благодарными.
At that precise moment, while the juniors were eating their dessert at Prunier's, Annie fell in love with RPD absolutely, and hers must have been the last generation to fall in love without hope in such an unproductive way. After the war the species no longer found it biologically useful, and indeed it was not useful to Annie.
===============================
В этот самый момент, когда младшие сотрудники поглощали десерт у Прюнье, Энни по уши влюбилась в директора звукозаписи. Она принадлежала к последнему поколению, которое безответно влюблялось в такой непродуктивной манере. После войны, человеческие особи не находили в этом биологической необходимости, и на самом деле такой необходимости не было и у Энни.
Будущее Тильду абсолютно не интересовало, и в результате ей была дарована великолепная способность уже в настоящем чувствовать себя счастливой.
Nenna was thirty-two, an age by which if a blonde woman's hair hasn't turned dark, it never will.
'...perfect pitch is something you're born with, like a sense of humour. You're with me, Josef?'
Dr Vogel nodded.
'Certainly, Sam. You yourself were born with neither. But you are a fine man, a good man.'