Мои цитаты из книг
В России любят хоронить. И произносить хвалебные речи. И преувеличенно рыдать на публику. И преувеличенно расхваливать покойного, называя его “великим”.
Лимонов продолжает начатый в «Книге мертвых» печальный список людей, которые, покинув этот мир, остаются в багаже его памяти. Художники, олигархи, актеры, нацболы, писатели и политики – пестрая толпа, на которую Лимонов бросил быстрый и безжалостный взгляд. Он не испытывает сострадания к своим мертвым, он судит их, как живых, не делая им скидок. «Люди пересекали мою жизнь во всех направлениях. Большая часть их уже в мире ином. Никакой горечи от этого обстоятельства у меня нет». Э. Л. Книга...
Его наследство, материальное, растащили родственники. Ох, эти близкие, они, как тараканы, сожрут всё, что создал и возделал энергичный человек.
Лимонов продолжает начатый в «Книге мертвых» печальный список людей, которые, покинув этот мир, остаются в багаже его памяти. Художники, олигархи, актеры, нацболы, писатели и политики – пестрая толпа, на которую Лимонов бросил быстрый и безжалостный взгляд. Он не испытывает сострадания к своим мертвым, он судит их, как живых, не делая им скидок. «Люди пересекали мою жизнь во всех направлениях. Большая часть их уже в мире ином. Никакой горечи от этого обстоятельства у меня нет». Э. Л. Книга...
Мамлеев – метафизик для бедных жителей коммуналки.
Лимонов продолжает начатый в «Книге мертвых» печальный список людей, которые, покинув этот мир, остаются в багаже его памяти. Художники, олигархи, актеры, нацболы, писатели и политики – пестрая толпа, на которую Лимонов бросил быстрый и безжалостный взгляд. Он не испытывает сострадания к своим мертвым, он судит их, как живых, не делая им скидок. «Люди пересекали мою жизнь во всех направлениях. Большая часть их уже в мире ином. Никакой горечи от этого обстоятельства у меня нет». Э. Л. Книга...
Во время открытия второго дня заседания Корнилов так тихо занял свое место, что его не заметили. Поэтому он вышел и специально вернулся в свою ложу чуть позже, и на этот раз его приветствовала овацией вся правая половина зала, тогда как левые не встали и хранили мрачное молчание.
Роберт Уорт знакомит читательскую аудиторию с историей дипломатии в начальный период русской революции. Он рассказывает о том, как строились отношения России с союзниками по Антанте и как воспринималась на Западе политическая и общественная жизнь России между Февральской и Октябрьской революциями. Автор передает те положения, которые закрепились в исторической науке на Западе, щедро цитирует многочисленные авторитетные свидетельства и периодику того времени. Уорт вносит ясность в вопрос о том,...
Рут выяснил, что в его комнате часто бывала когда-то Екатерина II, «чья мораль», вспоминает он в письме жене, «отличалась от морали королевы Виктории».
Роберт Уорт знакомит читательскую аудиторию с историей дипломатии в начальный период русской революции. Он рассказывает о том, как строились отношения России с союзниками по Антанте и как воспринималась на Западе политическая и общественная жизнь России между Февральской и Октябрьской революциями. Автор передает те положения, которые закрепились в исторической науке на Западе, щедро цитирует многочисленные авторитетные свидетельства и периодику того времени. Уорт вносит ясность в вопрос о том,...
Правда может быть подавлена,но её невозможно скрыть.
В мире, где властвует Ток, у каждого есть дар. Одни способны овладеть Токодаром. Другие становятся его прислужниками. Мой дар – причинять боль. Я, Кайра, сестра жестокого тирана, иду против своего народа, чтобы помочь врагу. Моему другу. Кто из нас прав? Будем ли мы заодно? Как сила определит наше будущее?
Будущее будущим, но судьбу углядишь не у каждого
В мире, где властвует Ток, у каждого есть дар. Одни способны овладеть Токодаром. Другие становятся его прислужниками. Мой дар – причинять боль. Я, Кайра, сестра жестокого тирана, иду против своего народа, чтобы помочь врагу. Моему другу. Кто из нас прав? Будем ли мы заодно? Как сила определит наше будущее?
Жалость - презрение в обертке доброты
В мире, где властвует Ток, у каждого есть дар. Одни способны овладеть Токодаром. Другие становятся его прислужниками. Мой дар – причинять боль. Я, Кайра, сестра жестокого тирана, иду против своего народа, чтобы помочь врагу. Моему другу. Кто из нас прав? Будем ли мы заодно? Как сила определит наше будущее?
Я знаю, что такое превратиться в того, кого кого ненавидишь. И понимаю, как тебе больно.
В мире, где властвует Ток, у каждого есть дар. Одни способны овладеть Токодаром. Другие становятся его прислужниками. Мой дар – причинять боль. Я, Кайра, сестра жестокого тирана, иду против своего народа, чтобы помочь врагу. Моему другу. Кто из нас прав? Будем ли мы заодно? Как сила определит наше будущее?
Впервые в жизни я нагладно убедилась, до чего тонка грань между любовью и страхом, между обожанием и почитанием.
В мире, где властвует Ток, у каждого есть дар. Одни способны овладеть Токодаром. Другие становятся его прислужниками. Мой дар – причинять боль. Я, Кайра, сестра жестокого тирана, иду против своего народа, чтобы помочь врагу. Моему другу. Кто из нас прав? Будем ли мы заодно? Как сила определит наше будущее?