Мои цитаты из книг
Наш мозг - это невероятный непревзойденный механизм.
Молодая женщина, задыхаясь, бежит сквозь грозу. На ее ладони вырезано: «Пр вернулся». Она не знает ни какой сейчас день недели, ни какой месяц. Думает, что ее мать жива, а та давно покончила с собой. Люси Энебель, лейтенант полиции, пытается понять, кто эта женщина, что значат слова, вырезанные на ее коже, и откуда у нее на запястьях следы веревки. Ключ к разгадке следует искать в памяти героини, но воспоминания у нее исчезают скорее, чем следы на песке под волной прибоя… Четыре минуты – ровно...
Это же надо, уметь анализировать других, не понимая саму себя.
Молодая женщина, задыхаясь, бежит сквозь грозу. На ее ладони вырезано: «Пр вернулся». Она не знает ни какой сейчас день недели, ни какой месяц. Думает, что ее мать жива, а та давно покончила с собой. Люси Энебель, лейтенант полиции, пытается понять, кто эта женщина, что значат слова, вырезанные на ее коже, и откуда у нее на запястьях следы веревки. Ключ к разгадке следует искать в памяти героини, но воспоминания у нее исчезают скорее, чем следы на песке под волной прибоя… Четыре минуты – ровно...
Зачем обязательно кого-то искать? Чтобы опять страдать? Мужчины – это только лицемерие и ложь.
Молодая женщина, задыхаясь, бежит сквозь грозу. На ее ладони вырезано: «Пр вернулся». Она не знает ни какой сейчас день недели, ни какой месяц. Думает, что ее мать жива, а та давно покончила с собой. Люси Энебель, лейтенант полиции, пытается понять, кто эта женщина, что значат слова, вырезанные на ее коже, и откуда у нее на запястьях следы веревки. Ключ к разгадке следует искать в памяти героини, но воспоминания у нее исчезают скорее, чем следы на песке под волной прибоя… Четыре минуты – ровно...
"... невозможно хранить в памяти только лучшее. Потому что жизнью заправляет худшее, которое закаляет людей и делает их сильными..."
Молодая женщина, задыхаясь, бежит сквозь грозу. На ее ладони вырезано: «Пр вернулся». Она не знает ни какой сейчас день недели, ни какой месяц. Думает, что ее мать жива, а та давно покончила с собой. Люси Энебель, лейтенант полиции, пытается понять, кто эта женщина, что значат слова, вырезанные на ее коже, и откуда у нее на запястьях следы веревки. Ключ к разгадке следует искать в памяти героини, но воспоминания у нее исчезают скорее, чем следы на песке под волной прибоя… Четыре минуты – ровно...
– Вы любите математику? – спросил Тюрен.
– Думаю, единственная причина, почему я пошла в полицию, – это чтобы больше никогда о ней не слышать.
Молодая женщина, задыхаясь, бежит сквозь грозу. На ее ладони вырезано: «Пр вернулся». Она не знает ни какой сейчас день недели, ни какой месяц. Думает, что ее мать жива, а та давно покончила с собой. Люси Энебель, лейтенант полиции, пытается понять, кто эта женщина, что значат слова, вырезанные на ее коже, и откуда у нее на запястьях следы веревки. Ключ к разгадке следует искать в памяти героини, но воспоминания у нее исчезают скорее, чем следы на песке под волной прибоя… Четыре минуты – ровно...
Его единственные враги – как всегда, паника и глупость.
Затонувшие города расколоты на враждующие фракции. Долгие годы патриотический фронт и Армия Бога заняты взаимным уничтожением. Здесь звучат голоса войны и сражаются дети. Националисты против религиозных фанатиков, вооруженные дробовиками мальчики – против самых совершенных орудий убийства, изобретенных наукой. В бесконечной гражданской войне немногие доживут до совершеннолетия. Что останется, если Армия Бога уничтожит последние памятники? Жестокое в своей правдоподобности продолжение...
Смерть – не поражение
Затонувшие города расколоты на враждующие фракции. Долгие годы патриотический фронт и Армия Бога заняты взаимным уничтожением. Здесь звучат голоса войны и сражаются дети. Националисты против религиозных фанатиков, вооруженные дробовиками мальчики – против самых совершенных орудий убийства, изобретенных наукой. В бесконечной гражданской войне немногие доживут до совершеннолетия. Что останется, если Армия Бога уничтожит последние памятники? Жестокое в своей правдоподобности продолжение...
— Завоеватели кормят себя, девочка, – он проглотил остаток сердца, – потому что мы радуемся врагам и радуемся жизни.
Затонувшие города расколоты на враждующие фракции. Долгие годы патриотический фронт и Армия Бога заняты взаимным уничтожением. Здесь звучат голоса войны и сражаются дети. Националисты против религиозных фанатиков, вооруженные дробовиками мальчики – против самых совершенных орудий убийства, изобретенных наукой. В бесконечной гражданской войне немногие доживут до совершеннолетия. Что останется, если Армия Бога уничтожит последние памятники? Жестокое в своей правдоподобности продолжение...
— Не бойся, – пророкотал он, – я – не жертва войны. Я ее господин.
Затонувшие города расколоты на враждующие фракции. Долгие годы патриотический фронт и Армия Бога заняты взаимным уничтожением. Здесь звучат голоса войны и сражаются дети. Националисты против религиозных фанатиков, вооруженные дробовиками мальчики – против самых совершенных орудий убийства, изобретенных наукой. В бесконечной гражданской войне немногие доживут до совершеннолетия. Что останется, если Армия Бога уничтожит последние памятники? Жестокое в своей правдоподобности продолжение...
Нельзя жить рядом с войной и не попасть ей в руки. Его семья всегда полагала, что война останется в Затонувших городах, где живут одни тупицы, но война – она как море. Она просто поднимается и поднимается, пока волна вдруг не накрывает тебя и ты не оказываешь в войне по шею.«Затонувшие города» Паоло Бачигалупи
Затонувшие города расколоты на враждующие фракции. Долгие годы патриотический фронт и Армия Бога заняты взаимным уничтожением. Здесь звучат голоса войны и сражаются дети. Националисты против религиозных фанатиков, вооруженные дробовиками мальчики – против самых совершенных орудий убийства, изобретенных наукой. В бесконечной гражданской войне немногие доживут до совершеннолетия. Что останется, если Армия Бога уничтожит последние памятники? Жестокое в своей правдоподобности продолжение...