Мои цитаты из книг
Для того и нужен лучший друг, чтобы рассказать все от чистого сердца и без всякого стыда.
Джейкоб и Марли – лучшие друзья, каждое лето проводившие вместе на тихой отмели. Но однажды мальчики попадают в беду, и из моря возвращается только один из них – Джейкоб. Теперь, на седьмую годовщину этого страшного события, бесследно исчезает уже сам Джейкоб. Полиция ведет поиски. На свет извлекаются старые тайны, ревностно оберегавшиеся местными жителями. Мать Джейкоба, Сара, уверена: доверять нельзя никому. Ведь кто-то на отмели знает о том, что в действительности произошло с ее сыном. И...
Из-за горизонта выходит рассветное солнце, освещая зеркальную водную гладь. На террасе свежо и пахнет солью. Мне нравится это время дня, когда бриз еще не гонит волны, когда солнечные лучи мягко ложатся на поверхность моря, а на песке пока нет следов.
Джейкоб и Марли – лучшие друзья, каждое лето проводившие вместе на тихой отмели. Но однажды мальчики попадают в беду, и из моря возвращается только один из них – Джейкоб. Теперь, на седьмую годовщину этого страшного события, бесследно исчезает уже сам Джейкоб. Полиция ведет поиски. На свет извлекаются старые тайны, ревностно оберегавшиеся местными жителями. Мать Джейкоба, Сара, уверена: доверять нельзя никому. Ведь кто-то на отмели знает о том, что в действительности произошло с ее сыном. И...
Трудно быть родителем – приходится принимать сложные решения за доли секунды. В детстве ребенок равняется на тебя, но что, если ты и сам не знаешь, как быть? Что тогда?
Джейкоб и Марли – лучшие друзья, каждое лето проводившие вместе на тихой отмели. Но однажды мальчики попадают в беду, и из моря возвращается только один из них – Джейкоб. Теперь, на седьмую годовщину этого страшного события, бесследно исчезает уже сам Джейкоб. Полиция ведет поиски. На свет извлекаются старые тайны, ревностно оберегавшиеся местными жителями. Мать Джейкоба, Сара, уверена: доверять нельзя никому. Ведь кто-то на отмели знает о том, что в действительности произошло с ее сыном. И...
К религии нужно относиться уважительно, но находиться от неё на почтительном расстоянии, обращаясь как к кредитору в крайней нужде или только освящая жизненные вехи – крещение, венчание, отпевание. Так жизнь будет легче и счастливей. А соблазнишься призраком святости и встанешь на церковный путь, будешь всю жизнь плакать горькими слезами.
Автор этой книги провел в монастырях 8 лет, и он не понаслышке знает – за благочестивостью церковной жизни иногда скрывается довольно жестокая реальность. Почему же верующие выбирают такую жизнь, как устроены будни в закрытых от мира общинах и кельях, на что направлены труды и усердие священников и монахов? Предельно откровенно – о боли и страдании, о религиозной лжесвободе и о страхе смерти – эта история христианина никого не оставит равнодушным.
Мир в своем безумии дает сто очков вперед пациентам психиатрических стационаров.
Впервые на русском — знаменитый автобиографический роман о борьбе с душевным расстройством и его успешном преодолении, современная классика. «У меня не было намерения писать историю болезни, — отмечала Джоанн Гринберг в недавнем послесловии, — я хотела показать, что испытывает человек, отделенный от мира бездонной пропастью». Итак, познакомьтесь с Деборой. С раннего детства она старательно изображала нормальность; никто не должен был знать, что она живет в волшебной стране Ир, что ее преследует...
Чтобы выглядеть обреченной,нужно быть красивой,а иначе драма превращается в комедию.И соответственно в Неприглядность.
Впервые на русском — знаменитый автобиографический роман о борьбе с душевным расстройством и его успешном преодолении, современная классика. «У меня не было намерения писать историю болезни, — отмечала Джоанн Гринберг в недавнем послесловии, — я хотела показать, что испытывает человек, отделенный от мира бездонной пропастью». Итак, познакомьтесь с Деборой. С раннего детства она старательно изображала нормальность; никто не должен был знать, что она живет в волшебной стране Ир, что ее преследует...
Боль - сугубо теоретическая проблема...Больнее всего - когда тебя пинают те силы, с которыми вполне уживаются другие люди, когда на тебя давят годы безумия и неспособности поделиться с окружающими, да так, чтобы они тебе поверили.
Впервые на русском — знаменитый автобиографический роман о борьбе с душевным расстройством и его успешном преодолении, современная классика. «У меня не было намерения писать историю болезни, — отмечала Джоанн Гринберг в недавнем послесловии, — я хотела показать, что испытывает человек, отделенный от мира бездонной пропастью». Итак, познакомьтесь с Деборой. С раннего детства она старательно изображала нормальность; никто не должен был знать, что она живет в волшебной стране Ир, что ее преследует...
За дверью науки...поджидает ангел
Впервые на русском — знаменитый автобиографический роман о борьбе с душевным расстройством и его успешном преодолении, современная классика. «У меня не было намерения писать историю болезни, — отмечала Джоанн Гринберг в недавнем послесловии, — я хотела показать, что испытывает человек, отделенный от мира бездонной пропастью». Итак, познакомьтесь с Деборой. С раннего детства она старательно изображала нормальность; никто не должен был знать, что она живет в волшебной стране Ир, что ее преследует...
Когда стоишь по пороге преисподней,для тебя нет никого страшнее дьявола;а когда ты уже в преисподней,дьявол-это просто сосед:никто,ничто и звать никак.
Впервые на русском — знаменитый автобиографический роман о борьбе с душевным расстройством и его успешном преодолении, современная классика. «У меня не было намерения писать историю болезни, — отмечала Джоанн Гринберг в недавнем послесловии, — я хотела показать, что испытывает человек, отделенный от мира бездонной пропастью». Итак, познакомьтесь с Деборой. С раннего детства она старательно изображала нормальность; никто не должен был знать, что она живет в волшебной стране Ир, что ее преследует...
Отчего ты считаешь, будто у тебя есть монополия на страдание?
Впервые на русском — знаменитый автобиографический роман о борьбе с душевным расстройством и его успешном преодолении, современная классика. «У меня не было намерения писать историю болезни, — отмечала Джоанн Гринберг в недавнем послесловии, — я хотела показать, что испытывает человек, отделенный от мира бездонной пропастью». Итак, познакомьтесь с Деборой. С раннего детства она старательно изображала нормальность; никто не должен был знать, что она живет в волшебной стране Ир, что ее преследует...