В старые, более простые времена спать в присутствии другого человека считалось актом полного доверия. Если доверие было обоюдным, то сон рядом сближал больше, нежели телесное соединение.
есть разница между тем, чтобы понять, и тем, чтобы по-настоящему уразуметь, глубоко уразуметь, всем существом, а не только рассудком
— Меня интересует, так сказать, общая эволюция бранных выражений.
— Она происходит и в настоящее время, — вставила своё слово и я, осторожно подхватив щипчиками кусок сахара.
— В самом деле? — полюбопытствовал мистер Бейнбридж. — Вы зафиксировали какие-нибудь особенно интересные варианты за время вашей, м-м-м, военной службы?
— О да, — ответила я. — Особенно мне понравилось одно, я услышала его как раз от янки. Некто по фамилии Уильямсон, родом, кажется, из Нью-Йорка. Он произносил это выражение каждый раз, когда я делала ему перевязку.
— Какое же это выражение?
— Иисус твою Рузвельт Христос!
Даже под открытым небом свобода имеет пределы.
Может ли право жить по собственному усмотрению считаться незначительным когда бы то ни было? Разве борьба за выбор собственной судьбы менее значительна, нежели необходимость остановить большое зло?
Жизнь среди учёных со всей очевидностью показала мне, что хорошо сформулированная гипотеза куда лучше, нежели плохо описанный факт.
Храбрость в сражении не является чем-то выдающимся для шотландца, вы это знаете, но победить страх, когда ты в спокойном, обычном состоянии, – редкое свойство.
Понимаете, барышня, очень легко быть храбрым, когда сидишь в таверне за кружкой эля. Куда труднее приходится, ежели торчишь на карачках в мёрзлом поле, а мушкетные пули свистят у тебя над головой и колючий вереск царапает задницу. Но ещё труднее стоять лицом к лицу с твоим врагом, когда кровь твоя льётся тебе на ноги.
Джейми уложил на стул свои отнюдь не маленькие ноги и скрестил их в лодыжках. Мне стало немного забавно, когда в эту минуту я распознала в нём типичного шотландского горца, готового пуститься в разбор, медленный и неторопливый, сложного сплетения семейных и клановых взаимоотношений, которые составляют неизбежный фон любого сколько-нибудь значительного события в горной Шотландии.
— Стало быть, верно говорила когда-то моя мать, что придёт час — и выберет меня милая девушка.
Он протянул руку и помог мне встать, потом продолжил:
— Я ей отвечал тогда, что выбирать – дело мужчины
— А она что? — спросила я.
— Она делала круглые глаза и говорила: «Сам всё узнаешь, мой маленький красивый петушок, всё узнаешь сам». — Он снова засмеялся. — Вот я и узнал.