Мои цитаты из книг
Увы, пока правительство убеждает себя, что проблему может решить кто-то другой, боюсь, оно так и не будет ничего предпринимать.
Дублин — столица Ирландии, Изумрудного острова, где живут свободолюбивые ирландцы. Эдвард Резерфорд оживляет ирландскую историю, рассказывая о семьях на протяжении нескольких поколений. Это и братья, вынужденные выбирать между преданностью древней вере и безопасностью семьи, и женщина, чья страсть к харизматичному ирландскому вождю угрожает ее надежному браку с процветающим торговцем, и молодой ученый, чья тайная симпатия к бунтовщикам подвергается испытанию, и мужчины, которые рискуют своей...
Судьбу Ирландии будут решать люди, которым на нее наплевать. Вот в чем ее трагедия.
Дублин — столица Ирландии, Изумрудного острова, где живут свободолюбивые ирландцы. Эдвард Резерфорд оживляет ирландскую историю, рассказывая о семьях на протяжении нескольких поколений. Это и братья, вынужденные выбирать между преданностью древней вере и безопасностью семьи, и женщина, чья страсть к харизматичному ирландскому вождю угрожает ее надежному браку с процветающим торговцем, и молодой ученый, чья тайная симпатия к бунтовщикам подвергается испытанию, и мужчины, которые рискуют своей...
Интересные мужчины обычно доставляют женам массу хлопот.
Дублин — столица Ирландии, Изумрудного острова, где живут свободолюбивые ирландцы. Эдвард Резерфорд оживляет ирландскую историю, рассказывая о семьях на протяжении нескольких поколений. Это и братья, вынужденные выбирать между преданностью древней вере и безопасностью семьи, и женщина, чья страсть к харизматичному ирландскому вождю угрожает ее надежному браку с процветающим торговцем, и молодой ученый, чья тайная симпатия к бунтовщикам подвергается испытанию, и мужчины, которые рискуют своей...
Собственность дает права, но она же и налагает ответственность.
Дублин — столица Ирландии, Изумрудного острова, где живут свободолюбивые ирландцы. Эдвард Резерфорд оживляет ирландскую историю, рассказывая о семьях на протяжении нескольких поколений. Это и братья, вынужденные выбирать между преданностью древней вере и безопасностью семьи, и женщина, чья страсть к харизматичному ирландскому вождю угрожает ее надежному браку с процветающим торговцем, и молодой ученый, чья тайная симпатия к бунтовщикам подвергается испытанию, и мужчины, которые рискуют своей...
Он знает больше, чем работает, и меньше, чем пьет.
Дублин — столица Ирландии, Изумрудного острова, где живут свободолюбивые ирландцы. Эдвард Резерфорд оживляет ирландскую историю, рассказывая о семьях на протяжении нескольких поколений. Это и братья, вынужденные выбирать между преданностью древней вере и безопасностью семьи, и женщина, чья страсть к харизматичному ирландскому вождю угрожает ее надежному браку с процветающим торговцем, и молодой ученый, чья тайная симпатия к бунтовщикам подвергается испытанию, и мужчины, которые рискуют своей...
Мы имеем право не подавлять страх. Точнее, это право никто у нас никогда не отбирал. Мы всегда могли пользоваться им. Табу, наложенное на него, – фикция. Фантом. Страшилка. Мы можем говорить о том, как нам страшно, и о том, какой грязный этот страх. Нет совершенно никакой необходимости делать вид, что мы чисты, смелы. Как и нет необходимости скрывать, что ты любишь кого-то, хочешь кого-то, а тебя не хочет никто, нет необходимости скрывать то, что ты жалок, или то, что тебе больно быть негодяем, на выходе мы понесем ответственность отнюдь не за чувства, а за их влияние на наши действия. Никто не будет взвешивать грязь – спрос будет за то, куда она была сброшена – как мы управляли своими грязными чувствами.
Эта книга – о прекрасном и жестоком фантоме города, которого уже нет. Как и времени, описанного в ней. Пришла пора осмыслить это время. Девяностые XX века – вызов для сознания каждого, когда привычные понятия расползаются, а новые едва проступают. И герои в своих странных историях всегда опаздывают. Почти все они: юная «Джоконда» – аутистка, великий скульптор – обманщик и фантазер, дорогая проститутка, увлеченная высоким искусством, мачо, «клеящий» девушек в библиотеке, фарфоровая вегетарианка,...
– Страшно умирать? – спросила она.
– Страшно.
– Младенцу тоже страшно.
– Какому младенцу?
– Которому предстоит родиться. Представь: сначала он нежится в теплой матке, без дела, без долга, без греха. Темно. Даже самый яркий свет, даже луч, направленный прямо в материнский живот, не проницает мглы. Сердце матери бьется, день и ночь, день и ночь, он слышит эти толчки, бум, бум, бум, бурлят околоплодные воды, потоки крови омывают его, как водопады, и сквозь этот шум иногда можно расслышать человеческие голоса, откуда-то издалека. Так живет младенец, и он, как и ты, уверен, что эта непроницаемая утроба – единственный из миров. И когда вдруг его выталкивает из матки, когда голову тащит к свету – в какую-то страшную дыру, через которую бьет ослепительный свет…
Облокотившись о край стола, она чуть подалась вперед:
– Знаешь, как ему страшно? Младенец тоже думает: это смерть. Там, где-то там, за пределами его мира, ничего нет! Ничего, кроме белого света, от которого режет глаза! И сердце его разрывается от страха! Он не хочет умирать. А если в утробе не один ребенок? А если там близнецы? И вот, представь, один уходит первым, в этот смертоносный свет, а второй остается и некоторое время думает, что расстался с самым родным и близким навсегда! Каково?
Эта книга – о прекрасном и жестоком фантоме города, которого уже нет. Как и времени, описанного в ней. Пришла пора осмыслить это время. Девяностые XX века – вызов для сознания каждого, когда привычные понятия расползаются, а новые едва проступают. И герои в своих странных историях всегда опаздывают. Почти все они: юная «Джоконда» – аутистка, великий скульптор – обманщик и фантазер, дорогая проститутка, увлеченная высоким искусством, мачо, «клеящий» девушек в библиотеке, фарфоровая вегетарианка,...
Я боюсь прожить без любви так же сильно, как боюсь быть солдатом, вернувшимся с тяжелой войны без обеих ног
Эта книга – о прекрасном и жестоком фантоме города, которого уже нет. Как и времени, описанного в ней. Пришла пора осмыслить это время. Девяностые XX века – вызов для сознания каждого, когда привычные понятия расползаются, а новые едва проступают. И герои в своих странных историях всегда опаздывают. Почти все они: юная «Джоконда» – аутистка, великий скульптор – обманщик и фантазер, дорогая проститутка, увлеченная высоким искусством, мачо, «клеящий» девушек в библиотеке, фарфоровая вегетарианка,...
Счастье невозможно для тех, кто не любит друг друга. Для всех остальных дороги открыты.
Эта книга – о прекрасном и жестоком фантоме города, которого уже нет. Как и времени, описанного в ней. Пришла пора осмыслить это время. Девяностые XX века – вызов для сознания каждого, когда привычные понятия расползаются, а новые едва проступают. И герои в своих странных историях всегда опаздывают. Почти все они: юная «Джоконда» – аутистка, великий скульптор – обманщик и фантазер, дорогая проститутка, увлеченная высоким искусством, мачо, «клеящий» девушек в библиотеке, фарфоровая вегетарианка,...
Есть красота, которая продаётся. И покупается. А есть красота, которая существует вне категорий. С ней ничего нельзя поделать. Она принадлежит природе.
Эта книга – о прекрасном и жестоком фантоме города, которого уже нет. Как и времени, описанного в ней. Пришла пора осмыслить это время. Девяностые XX века – вызов для сознания каждого, когда привычные понятия расползаются, а новые едва проступают. И герои в своих странных историях всегда опаздывают. Почти все они: юная «Джоконда» – аутистка, великий скульптор – обманщик и фантазер, дорогая проститутка, увлеченная высоким искусством, мачо, «клеящий» девушек в библиотеке, фарфоровая вегетарианка,...