admin

Я уважал противоречие; помимо прочего, противоречие страхует от банальности.

Портрет и вокруг

Владимир Маканин

Когда в семье один из супругов — человек творческий, пишет книги или рисует картины, другому не всегда бывает просто понять и принять. Постоянные «измены» с Музой, перепады настроения от отчаяния до радостного экстаза, полная беспомощность в быту — может ли любовь двух людей выдержать это? Владимир Маканин нарисовал в романе «портрет» такой «творческой» семьи. По-своему счастливой и несчастной одновременно.

Жизнь большая. Жизнь - она серьёзная.

Портрет и вокруг

Владимир Маканин

Когда в семье один из супругов — человек творческий, пишет книги или рисует картины, другому не всегда бывает просто понять и принять. Постоянные «измены» с Музой, перепады настроения от отчаяния до радостного экстаза, полная беспомощность в быту — может ли любовь двух людей выдержать это? Владимир Маканин нарисовал в романе «портрет» такой «творческой» семьи. По-своему счастливой и несчастной одновременно.

Да, вор, но не вор-накопитель. Вор, который был скорее раб этого своего воровства, а не хозяин. Как раньше говорили - раб страсти своей.

Портрет и вокруг

Владимир Маканин

Когда в семье один из супругов — человек творческий, пишет книги или рисует картины, другому не всегда бывает просто понять и принять. Постоянные «измены» с Музой, перепады настроения от отчаяния до радостного экстаза, полная беспомощность в быту — может ли любовь двух людей выдержать это? Владимир Маканин нарисовал в романе «портрет» такой «творческой» семьи. По-своему счастливой и несчастной одновременно.

А на последней прямой стал долго и нудно извиняться, объясняя, что каждая творческая личность - это комок нервов.

Портрет и вокруг

Владимир Маканин

Когда в семье один из супругов — человек творческий, пишет книги или рисует картины, другому не всегда бывает просто понять и принять. Постоянные «измены» с Музой, перепады настроения от отчаяния до радостного экстаза, полная беспомощность в быту — может ли любовь двух людей выдержать это? Владимир Маканин нарисовал в романе «портрет» такой «творческой» семьи. По-своему счастливой и несчастной одновременно.

Люди не могли быть одинаковыми, и потому люди были самые разные - как обычно. Как везде.

Портрет и вокруг

Владимир Маканин

Когда в семье один из супругов — человек творческий, пишет книги или рисует картины, другому не всегда бывает просто понять и принять. Постоянные «измены» с Музой, перепады настроения от отчаяния до радостного экстаза, полная беспомощность в быту — может ли любовь двух людей выдержать это? Владимир Маканин нарисовал в романе «портрет» такой «творческой» семьи. По-своему счастливой и несчастной одновременно.

- И что же с тех пор изменилось? - удивилась Дина. - Физика есть физика.
- Верно, - согласился Ларс, - например, ядерная физика.

- Не хочу грузить тебя своими проблемами, - вздохнула Айви.
- А с кем ещё хотела бы поговорить?
- Может быть, ни с кем! - отрезала Айви, во взгляде её промелькнуло что-то вроде гнева. - Может быть, в этом, Дина, и заключается бремя лидера. Быть тем, кто не может - не имеет права - делиться своими проблемами. Идея настолько страромодная. Но вдруг человечеству сейчас нужны именно такие лидеры?

- Понимаешь, сюрпризы в космосе обычно не сулят ничего хорошего. Традиционно каждый полет планируется вплоть до энного уровня, и на любую возможную неприятность имеется план по её устранению. Импровизация не предусмотрена - импровизировать попросту нечем.
- Однако мне вспоминается изолента в «Аполлоне-13».

- А, нет. Это совсем не легко. Скажем так - это способ превратить совершенно невозможный подъем всего лишь в чрезвычайно сложный.
- Понятно, - сказала Дина. - Неплохая метафора для того, чем мы тут заняты.

Было трудно поддерживать иллюзию, будто образование так уж необходимо детям, которые все равно не доживут до того, чтобы воспользоваться знаниями. И никогда не сдадут экзамены, к которым готовят. По словам Амелии, это привело к своего рода Возрождению в педагогике. Ученики, на которых не давила необходимость получить хорошую оценку или поступить в приличный университет, учились ради того, чтобы учиться - как оно, собственно, и должно быть.