Мои цитаты из книг
Одно из самых обычных и распространённых суеверий то, что каждый человек имеет одни свои определённые свойства, что бывает человек добрый, злой, умный, глупый, энергичный, апатичный и т. д. Люди не бывают такими. Мы можем сказать про человека, что он чаще бывает добр, чем зол, чаще умён, чем глуп, чаще энергичен, чем апатичен, и наоборот; но будет неправда, если мы скажем про одного человека, что он добрый или умный, а про другого, что он злой или глупый.
А мы всегда так делим людей. И это неверно.
БВЛ — том 116. В пятьдесят второй том второй серии вошел роман «Воскресение», повести и рассказы «Севастополь в декабре месяце», «Два гусара», «Утро помещика», «Три смерти», «Холстомер», «Отец Сергий», «Хаджи Мурат» и «За что?».
Вступительная статья К. Ломунова.
Примечания А. Саакянц.
Иллюстрации Л. Пастернака, Е Лансере, А. Кокорина.
«И как они все уверены, и те, которые работают, так же как и те, которые заставляют их работать, что это так и должно быть, что, в то время как дома их брюхатые бабы работают непосильную работу и дети их в скуфеечках перед скорой голодной смертью старчески улыбаются, суча ножками, им должно строить этот глупый ненужный дворец какому-то глупому и ненужному человеку, одному из тех самых, которые разоряют и грабят их», — думал Нехлюдов, глядя на этот дом.
БВЛ — том 116. В пятьдесят второй том второй серии вошел роман «Воскресение», повести и рассказы «Севастополь в декабре месяце», «Два гусара», «Утро помещика», «Три смерти», «Холстомер», «Отец Сергий», «Хаджи Мурат» и «За что?».
Вступительная статья К. Ломунова.
Примечания А. Саакянц.
Иллюстрации Л. Пастернака, Е Лансере, А. Кокорина.
Люди как реки: вода во всех одинаковая и везде одна и та же, но каждая река бывает то узкая, то быстрая, то широкая, то тихая.. Так и люди. Каждый человек носит в себе зачатки всех свойств людских и иногда проявляет одни, иногда другие и бывает часто совсем непохож на себя, оставаясь одним и самим собою.
БВЛ — том 116. В пятьдесят второй том второй серии вошел роман «Воскресение», повести и рассказы «Севастополь в декабре месяце», «Два гусара», «Утро помещика», «Три смерти», «Холстомер», «Отец Сергий», «Хаджи Мурат» и «За что?».
Вступительная статья К. Ломунова.
Примечания А. Саакянц.
Иллюстрации Л. Пастернака, Е Лансере, А. Кокорина.
Люди считали, что священно и важно не это весеннее утро, не эта красота мира божия, данная для блага всех существ, а священно и важно то, что они сами выдумали, чтобы властвовать друг над другом.
БВЛ — том 116. В пятьдесят второй том второй серии вошел роман «Воскресение», повести и рассказы «Севастополь в декабре месяце», «Два гусара», «Утро помещика», «Три смерти», «Холстомер», «Отец Сергий», «Хаджи Мурат» и «За что?».
Вступительная статья К. Ломунова.
Примечания А. Саакянц.
Иллюстрации Л. Пастернака, Е Лансере, А. Кокорина.
Можно бесконечно долго смотреть на то, как горит огонь только в том случае, если он горит не под твоими ногами!
Все говорят, что я далеко пойду! Правда, направления указывают разные. В мире, куда я случайно попала, у меня есть работа моей мечты! Я - журналист самой честной газеты. И это совсем не нравится нынешнему магическому и не магическому правительству! Да, да! Тут две партии, которым я обоюдно не нравлюсь. Так что вместо Пулитцеровской премии, мне светит Премия Дарвина, поскольку с моим невезением нужно сидеть дома и не высовываться! А уж тем более не лезть в политику! Как известно, игры с властью...
Я люблю сарказм, потому, что бить некоторых людей ногами мне не позволяет совесть.
Все говорят, что я далеко пойду! Правда, направления указывают разные. В мире, куда я случайно попала, у меня есть работа моей мечты! Я - журналист самой честной газеты. И это совсем не нравится нынешнему магическому и не магическому правительству! Да, да! Тут две партии, которым я обоюдно не нравлюсь. Так что вместо Пулитцеровской премии, мне светит Премия Дарвина, поскольку с моим невезением нужно сидеть дома и не высовываться! А уж тем более не лезть в политику! Как известно, игры с властью...
После того, как его безымянный палец украсило обручальное кольцо, он превратился в ленивца и сроднился с диваном настолько, что уже трудно было понять, где кончается супруг, а где начинается диван.
Все говорят, что я далеко пойду! Правда, направления указывают разные. В мире, куда я случайно попала, у меня есть работа моей мечты! Я - журналист самой честной газеты. И это совсем не нравится нынешнему магическому и не магическому правительству! Да, да! Тут две партии, которым я обоюдно не нравлюсь. Так что вместо Пулитцеровской премии, мне светит Премия Дарвина, поскольку с моим невезением нужно сидеть дома и не высовываться! А уж тем более не лезть в политику! Как известно, игры с властью...
Пока одни собирают магниты тех городов и стран, где они бывали, я собираю магниты тех городов, куда бы я поехала, если бы были деньги.
Все говорят, что я далеко пойду! Правда, направления указывают разные. В мире, куда я случайно попала, у меня есть работа моей мечты! Я - журналист самой честной газеты. И это совсем не нравится нынешнему магическому и не магическому правительству! Да, да! Тут две партии, которым я обоюдно не нравлюсь. Так что вместо Пулитцеровской премии, мне светит Премия Дарвина, поскольку с моим невезением нужно сидеть дома и не высовываться! А уж тем более не лезть в политику! Как известно, игры с властью...
Как говорят старожилы: «лучшее место, где ты можешь приятно посидеть в нашем городе-скамеечка».
Все говорят, что я далеко пойду! Правда, направления указывают разные. В мире, куда я случайно попала, у меня есть работа моей мечты! Я - журналист самой честной газеты. И это совсем не нравится нынешнему магическому и не магическому правительству! Да, да! Тут две партии, которым я обоюдно не нравлюсь. Так что вместо Пулитцеровской премии, мне светит Премия Дарвина, поскольку с моим невезением нужно сидеть дома и не высовываться! А уж тем более не лезть в политику! Как известно, игры с властью...
Единственный мужчина в моём доме- это чайник. Я грею его, он согревает меня. У нас всё взаимно.
Все говорят, что я далеко пойду! Правда, направления указывают разные. В мире, куда я случайно попала, у меня есть работа моей мечты! Я - журналист самой честной газеты. И это совсем не нравится нынешнему магическому и не магическому правительству! Да, да! Тут две партии, которым я обоюдно не нравлюсь. Так что вместо Пулитцеровской премии, мне светит Премия Дарвина, поскольку с моим невезением нужно сидеть дома и не высовываться! А уж тем более не лезть в политику! Как известно, игры с властью...