Алёна

Девяносто лет, война, детдом, целая жизнь, отданная чужим детям. А своих так и не нажила. И вот баба Нюра тихо умирает в кресле, обняв старого облезлого кота, и слышит тёплый голос: «Вставай, дочка. Заждались тебя». Открывает глаза, а тело молодое, чужое. Кругом дикий лес, каменный век, племена, что кладут детей на жертвенный камень злой богине Голодной. И первое, что делает баба Нюра в новом мире, девяноста лет от роду, в халате и тапках, идёт на детский плач и снимает с того камня...

Я не собиралась прощаться со своей привычной жизнью, где была Первой, но судьба закинула туда, где мне пришлось доказывать свое предназначение. А умела я очень важное: любую, даже совсем убитую репутацию, я восстанавливала и отбеливала до такой белизны, что глаза слепило! Теперь я должна побороться не только за чужую репутацию, но и за свою! Как всегда: с высоко поднятой головой, с юмором и улыбкой на лице! Отец - добрый человек, но слишком уж плохой бизнесмен. И если я не докажу, что сама...

— Оракул сказал, что ваша супруга проклята, мой император. Она никогда не подарит вам наследника. Семь лет дворцовые лекари разводят руками, а жестокая свекровь и хитрая наложница не могут дождаться, когда императрицу с позором выгонят из дворца. Она, умирая от горя, теряет детей, не догадываясь, что ее методично травят «укрепляющими» ваннами и отварами. Но теперь в тело ее личной служанки попала я. В прошлой жизни — заслуженный акушер-гинеколог с огромным стажем. Для меня их «проклятия» —...

Апокалипсис все таки случился. Человечество практически уничтожено, города в руинах. Как выжить, если героиня обычная, среднестатистическая девушка? Без сверхспособностей. И никаких плюшек. Только апокалипсис, маленький ребёнок, коза, и самая настоящая звезда.

Земля погибает — сначала не наступила очередная зима, потом высохли реки и озера, перестали идти дожди, и вот теперь горят города и леса, люди, захваченные огненными смерчами, вспыхивают как факелы. Оставшиеся в живых, пытаются пробиться к северу, чтобы на последних кораблях отправиться к полюсу, где прохладно, где много льда, который можно растопить и получить драгоценную пресную воду. Но, оказывается «во время апокалипсиса сложно оставаться человеком»...

— Идеалистка старородящая, — сказал тот, от которого я хотела ребенка. Я мечтала о семье и детях, а вместо этого он перевесил на меня свои проблемы. Мамой мне не стать, смирилась я, с горя завалилась на чужую вечеринку, напилась и впервые в жизни провела ночь с незнакомым мужчиной. Теперь я беременна и все, что знаю о папочке — в каком доме он живёт. Ни имени, ни фамилии, ни даже номера квартиры моя пьяная голова в себе не удержала. — В этом доме живёт отец моего ребёнка, — в отчаянии говорю...

Есть остановка по требованию. А мне, Миле Новиковой, пришлось узнать, что, оказывается, есть и принцессы по требованию. Надо - и ты принцесса, королевская дочь, отработала свою роль - и ты уже дочь служанки - кормилицы! Это ещё бы полбеды, ведь на самом- то деле, в своем мире я дочь дворничихи и сантехника и меня это ничуть не напрягало. Но вот то, что меня, даже не дав толком осознать попадание, выслали в задрипанный городишко на самом краю королевства, в пустой бабкин дом... и выплывай, Милка,...

Оступилась, упала, и внезапно оказалось в прошлом. Теперь я дворянка, незаконнорожденная дочь графа Никитина. Но папенька мёртв, а у меня на руках  завещание, в котором он признаёт меня своей наследницей. Вот только никто не предупредил, что наследую я лишь его долги, старую усадьбу где-то в глухой провинции и младшую сестричку Машеньку. Теперь я несу ответственность не только за себя, а значит нужно обустраиваться в новой жизни. И этому не помешают ни долги отца, ни слишком самонадеянные...

"Тебя никто не пощадит!" — бросила мне сводная сестра сквозь решётку перед казнью, и эти слова до сих пор были выжжены в моём разуме. Я верила им, а они, лишив меня воли, заставили совершить самое страшное преступление в империи, после чего с улыбкой отправили на плаху. Теперь, чудом вернувшись во времени в свое восемнадцатилетие, я смотрю в их лживые, улыбающиеся лица, и понимаю одно: моя сестра была абсолютно права — пощады не будет. Только в этой жизни безжалостным палачом стану я.