Перед уходом на стене написала записку папику, что вернусь через часик и выйду за Нрого, потому что Нрого хороший, а папандр сволочь.
С этого момента театр перестал принадлежать одному актеру, и теперь мы выступали дуэтом
В смысле бесстыдно и коварно соблазненный мной бабник, лгун, троеженец и морда белобрысая!
– Да? – Какая-то воинственность во мне опять проснулась. – Ты же сказал, что самый слабый воин на Иристане! Синеглазый улыбнулся, затем мягко произнес: – И добавил «с конца», ты просто не услышала.
А вот я, может, и не против, чтобы до меня кое-кто из правящего клана добрался…
Вспышка, на камере мелькнула спина и попа улепетывающего мускулистого монстра, а затем новая вспышка, и Дьяр обозревает себя в компании таких же малоодетых индивидов.
Дикий коктейль из свирепой ярости, безумной страсти и голодного, очищенного от налета цивилизованности желания
Он осторожно погладил по спине, по вздрогнувшим плечам, а я поняла, что в его объятиях хочется быть и быть и никуда не уходить вообще.
И почему-то как-то оно само решилось, про то, что останусь с ним. Останусь, и все, и пусть даже мама будет против.
пусть я сдохну, но мои враги сдохнут раньше!