Мои отзывы
И почему я так боялась прочесть?🙈 мне понравилось ❤️
Если приходится разводиться с мужем - это обидно. Если нужно сменить столицу на глухую провинцию - это неприятно. Если наследством оказывается не особняк, а развалюха - это очень грустно. А если становится известно, что твой дом еще и занят настоящим дикарем, без совести и чести - это просто катастрофа!
Книга мне понравилась. Пусть в ней не оказалось той любви, которую я искала — тонкой, настоящей, как прикосновение души к душе — зато автор постаралась вложить в сюжет куда больше: идею любви к себе, разницу между токсичными и здоровыми отношениями, силу преображения и взросления.
Героиня сначала — простая, добрая, искренняя. Та, кто всем верит, всех любит, всем помогает. Но, как это часто бывает в жизни, именно таких людей больше всего и ранят. Она падает с небес на землю — и больно. Но рядом появляется тот, кто становится для неё не спасителем, а наставником. Он помогает не просто выжить, а понять: ты ценна не потому, что угождаешь, а потому что ты — это ты.
История рассказывает не только о любви, но и о пробуждении.
Я выделила для себя три сильных направления:
1. Отношения в семье и то, как они формируют наше «я».
2. Отношение к себе — как фундамент личных границ.
3. Общество — и его невидимая, но давящая планка: будь лучше, красивее, образованнее, иначе никто не полюбит.
И вот здесь у меня возник вопрос.
Почему, чтобы быть любимой, женщина должна блистать?
Почему мало просто быть доброй, простой, открытой?
Разве искренность не достойна любви без "усовершенствований"?
Книга будто бы шепчет: если ты не разбираешься в классике, не умеешь танцевать вальс, не читаешь философов — ты пока "сырой материал".
А я хочу верить в другое:
можно не знать музыку, не читать Канта и не носить вечернее платье — и всё равно быть ценной, глубокой, любимой.
Настоящая любовь не требует быть идеальной. Она просит быть настоящей.
Пусть даже с курносым носом, без вкуса к вину, со странными привычками.
Свет внутри не нуждается в оправдании и оправке
Героиня сначала — простая, добрая, искренняя. Та, кто всем верит, всех любит, всем помогает. Но, как это часто бывает в жизни, именно таких людей больше всего и ранят. Она падает с небес на землю — и больно. Но рядом появляется тот, кто становится для неё не спасителем, а наставником. Он помогает не просто выжить, а понять: ты ценна не потому, что угождаешь, а потому что ты — это ты.
История рассказывает не только о любви, но и о пробуждении.
Я выделила для себя три сильных направления:
1. Отношения в семье и то, как они формируют наше «я».
2. Отношение к себе — как фундамент личных границ.
3. Общество — и его невидимая, но давящая планка: будь лучше, красивее, образованнее, иначе никто не полюбит.
И вот здесь у меня возник вопрос.
Почему, чтобы быть любимой, женщина должна блистать?
Почему мало просто быть доброй, простой, открытой?
Разве искренность не достойна любви без "усовершенствований"?
Книга будто бы шепчет: если ты не разбираешься в классике, не умеешь танцевать вальс, не читаешь философов — ты пока "сырой материал".
А я хочу верить в другое:
можно не знать музыку, не читать Канта и не носить вечернее платье — и всё равно быть ценной, глубокой, любимой.
Настоящая любовь не требует быть идеальной. Она просит быть настоящей.
Пусть даже с курносым носом, без вкуса к вину, со странными привычками.
Свет внутри не нуждается в оправдании и оправке
Выбрав военный факультет, Сидни Грант не мечтала о подвигах и славе. Она хотела одного – вырваться из полунищенского существования в забитом провинциальном городке. А то, что придётся отслужить в армии положенные 10 лет, - не страшно и для оборотня не очень долго. Только вот служба преподнесла сюрпризы, заставив молодую сову по-новому взглянуть на дружбу, любовь и семью. Останется ли Сидни прежней, пережив предательство, травлю и смерть друзей.
ХЭ будет.
грустно
до слез
не оторватьсяСначала я читала с улыбкой — было легко, весело, даже забавно. Узнаваемо. Я вела параллели с реальной жизнью, ведь знаю такие пары, знаю такие судьбы. До последнего надеялась на счастливый финал. Проглотила книгу за пять часов. А теперь... полтретьего ночи, и я сижу и рыдаю.
Так жизненно. Так больно и близко. Я читала комментарии и понимала — и Давида, и Лоту.
Давид был юн. Не готов. Да и как мог быть готов, когда на него с детства навешивали ярлыки, ожидания, обязанности? Семейное давление — колоссальное. Он просто не выдержал. Когда наконец созрел, стало поздно.
А Лота... Она бы, наверное, терпела всё до конца. Если бы не болезнь. Ведь нас, девочек, с детства учат терпеть. Вдалбливают: «терпи», «не позорь семью», «что люди скажут?». Вдалбливают молча, поступками, интонацией, примерами.
Иногда мне и самой говорят: «Учи её — она же девочка». А мне хочется кричать: «Да мне плевать! Я рожала не для того, чтобы моя дочь страдала ради чужих ожиданий. Я хочу, чтобы она была счастлива!» Я учу её уважению, но при этом всегда повторяю: «У тебя есть я. Ты не одна. И ты имеешь право на выбор».
Но больше всего меня убила мама Лоты. Не Давид. Не судьба. А именно мать. Она своими руками сломала свою дочь. Убила — не физически, но духовно, морально.
Давид был глуп, но он рос. Он учился. А Лота была слишком правильной. Слишком послушной. Слишком "удобной". Она заслуживала любви. Настоящей. Без боли.
А теперь... я просто плачу. У меня болит голова. Я знала бы, что это драма — не открывала бы вообще. Потому что сейчас мне дышать тяжело, а впереди — ещё несколько дней, когда всё будет будто в полутени. Эта книга оставила след.
Так жизненно. Так больно и близко. Я читала комментарии и понимала — и Давида, и Лоту.
Давид был юн. Не готов. Да и как мог быть готов, когда на него с детства навешивали ярлыки, ожидания, обязанности? Семейное давление — колоссальное. Он просто не выдержал. Когда наконец созрел, стало поздно.
А Лота... Она бы, наверное, терпела всё до конца. Если бы не болезнь. Ведь нас, девочек, с детства учат терпеть. Вдалбливают: «терпи», «не позорь семью», «что люди скажут?». Вдалбливают молча, поступками, интонацией, примерами.
Иногда мне и самой говорят: «Учи её — она же девочка». А мне хочется кричать: «Да мне плевать! Я рожала не для того, чтобы моя дочь страдала ради чужих ожиданий. Я хочу, чтобы она была счастлива!» Я учу её уважению, но при этом всегда повторяю: «У тебя есть я. Ты не одна. И ты имеешь право на выбор».
Но больше всего меня убила мама Лоты. Не Давид. Не судьба. А именно мать. Она своими руками сломала свою дочь. Убила — не физически, но духовно, морально.
Давид был глуп, но он рос. Он учился. А Лота была слишком правильной. Слишком послушной. Слишком "удобной". Она заслуживала любви. Настоящей. Без боли.
А теперь... я просто плачу. У меня болит голова. Я знала бы, что это драма — не открывала бы вообще. Потому что сейчас мне дышать тяжело, а впереди — ещё несколько дней, когда всё будет будто в полутени. Эта книга оставила след.
— Давид, — наши взгляды встретились, и я решилась. Решилась попросить. Если дрогнет, готова даже умолять…— Отпусти меня. Долгий взгляд потяжелел, больше ничего. — Я ведь не нужна тебе. Перестань мучить нас обоих. Если встретил кого-то, другую, пускай. Но отпусти меня… — Как я могу отпустить тебя, Лота? Ты моя жена, мать моих детей, ты беременна. Нет, Лота. Нет. — Ты ведь не любишь меня. Найди любовь, Давид. Может, и я… — заикнулась, накрыв ладонь, гладившую мой живот. Да, я хочу любви. Я...
Начала читать книгу из-за комментариев, но с первых же страниц возникло чувство недоумения. Героиня, якобы выросшая в традиционной восточной семье, ведёт себя так, будто просто в гости зашла, а не живёт там — полнейший абсурд. Как человек, выросший в строгой восточной семье, могу с уверенностью сказать: так себя не ведут.
Особенно неприятно стало от её снисходительного отношения к другим девушкам. Мол, она — «европейка», думающая о свободе и карьере, а все остальные — дуры, мечтающие только выйти замуж? Это вызывает отвращение. Не знаю, хотел ли автор уколоть восточных женщин, но вышло крайне унизительно и неуважительно.
Если уж берёшься писать о чужой культуре, будь добр — подойди с уважением. Я читала множество авторов, которые с теплом и уважением передают кавказский или восточный колорит — получается красиво, душевно, с любовью. А здесь — будто не книг и это не выражения цыганский табор: шум, хаос, стереотипы, грязные образы. Прямо ощущение, что надо пойти умыться.
Особенно неприятно стало от её снисходительного отношения к другим девушкам. Мол, она — «европейка», думающая о свободе и карьере, а все остальные — дуры, мечтающие только выйти замуж? Это вызывает отвращение. Не знаю, хотел ли автор уколоть восточных женщин, но вышло крайне унизительно и неуважительно.
Если уж берёшься писать о чужой культуре, будь добр — подойди с уважением. Я читала множество авторов, которые с теплом и уважением передают кавказский или восточный колорит — получается красиво, душевно, с любовью. А здесь — будто не книг и это не выражения цыганский табор: шум, хаос, стереотипы, грязные образы. Прямо ощущение, что надо пойти умыться.
— Нет! Это все глупость, неправда… Я отступаю к стене, не сводя взгляда со своего захватчика. Ежусь от пронизывающего жадного взгляда, но все же стараюсь сохранять силу духа. Не дрожать. — Правда. Ты теперь — моя. Он рычит и двигается ко мне. Быстро! Очень быстро! Я не успеваю убежать… Я поехала на свою родину в гости к бабушке и подумать не могла, что меня пригласили для того, чтоб выдать замуж. Насильно. За самого страшного мужчину, которого я когда-либо встречала. Огромного. Пугающего....
Не мое
Холодная вода охватила ее щиколотки, заставив тонкую шелковистую кожу покрыться мурашками. Девушка пискнула, негромко засмеялась и побежала, стремясь скорей полностью окунуться. Уже через несколько мгновений она нырнула, широко открыла глаза и посмотрела на деловито снующих рыб. Протянула руку к самой ближней рыбке, но та резво ускользнула, так и не позволив притронуться к себе. Девушка вынырнула, обернулась, чтобы взглянуть на берег, и снова нырнула, но теперь уже не охотилась на юрких...
…Прямо за воротами стояла черная карета, огромная, без окон. Просто здоровенный черный ящик.
Все так же, без особого труда, но при этом очень аккуратно, меня затолкали внутрь, и снаружи щелкнул запираемый замок. Я свалилась на колени, ноги не держали, и судорожно хватала ртом душный, почему-то пропахший мускусом и корицей воздух.
- О, - прозвучал чей-то голос. Мужской, приятный голос. – надо же, свинарником запахло.
Карета дернулась и покатилась, прочь от дома и навстречу замку Бреннен.
не оторваться
Изабель наконец открыла в себе магические способности, но при этом получила запрет на полеты. Ректор уговаривает девушку перейти на факультет артефакторов. А тем временем в академии становится по-настоящему опасно. В ее стенах прячется убийца, Зачарованный лес погибает от неизвестной заразы, а магические твари нападают на людей. С каждым днем жизнь в Маджериуме все больше напоминает опасное испытание, в котором выжить удастся не каждому. Изабель с головой кидается в гущу событий, вот только...
Nika
№ 342 в рейтинге
поделилась мнением
о книге
«Дочь медведя, или Предсказанная перевёртышу»
1 год назад
наивно
глупо
Получить в раннем детстве тёмную магию, за которую казнят — жестокий подарок судьбы. Сиротство, детство, проведённое в лесу, чтобы скрыть рано проснувшуюся запретную магию — не самое удачное начало жизни. Но теперь у меня появился шанс — скрыв тёмную магию под проснувшейся светлой, поступить в Имперскую магическую академию. Главное — не выдать себя и держаться подальше от бессмертных, когда-то уничтоживших всех обладателей тёмной магии. Только кто же знал, что они в этой академии встречаются...
Можно ли подружиться,если оба человека ненавидят друг друга?Так вот - можно!Ксения Синицына вряд-ли бы поверила в такое,если бы не испытала это на собственной шкуре.Сначала Слава её спас от хулиганов,затем она его выручила - вызвала скорую,когда его избили,он помог ей получить пять по физкультуре,а она уговорила его снова взяться за учёбу-ну разве это не начало прекрасной и долгой дружбы?Или всё-таки любви?
Всю жизнь Тейта МакКаллома учили быть ответственным. Он всегда был хорошим образцом достойного уважения мужчины. До той самой ночи, когда он напился и переспал с женщиной, которую едва знал. Теперь, шесть недель спустя, она беременна, одинока и сломана. Тейт снова должен взять ответственность за свои действия. Он планирует жениться на матери своего ребёнка. Есть только одна проблема… он должен рассказать об этом своей невесте. У Эбби Грейсон была непростая жизнь. Будучи дочерью...