Мои цитаты из книг
Ты собираешься подать мне эту тухлятинку за вкуснятинку?
И ведь всё было просто отлично: маг-отморозок и помешанная на артефактах напарница бегают себе по миру, разыскивают и обезвреживают всё подряд. Гид-иномирец устраняет после семнадцатилетних оперативников хаос, всё больше доходя до белого каления. Да. Всё было просто отлично. Потому что нынче и в артефактории, и в Целестии начинает твориться что-то не то. Тут тебе и квалификации, и внезапные инспекции, и свалившаяся на голову ярмарка, и разбитые сердца… А ещё — бесконечные тайны. Кто...
А теперь вот Кристо, про которого даже в кварласской характеристике было сказано: «Основные качества: наглость и тупое упрямство» — с чего-то нагло вбил себе в голову, что сдаст эту жухляцкую квалификацию, тупо сел за книжки и упрямо учился.
И ведь всё было просто отлично: маг-отморозок и помешанная на артефактах напарница бегают себе по миру, разыскивают и обезвреживают всё подряд. Гид-иномирец устраняет после семнадцатилетних оперативников хаос, всё больше доходя до белого каления. Да. Всё было просто отлично. Потому что нынче и в артефактории, и в Целестии начинает твориться что-то не то. Тут тебе и квалификации, и внезапные инспекции, и свалившаяся на голову ярмарка, и разбитые сердца… А ещё — бесконечные тайны. Кто...
Предела человеческой глупости нет. Хотя я не спорю, многие пытаются его достичь. Но людская тупость продолжает поражать всех, кто находится… на иной ступеньке развития. Я так и не привык к твоим выходкам за год. Мне непонятно, как двуногое прямоходящее, имеющее нормальный объем мозга, может совершать такое.
И ведь всё было просто отлично: маг-отморозок и помешанная на артефактах напарница бегают себе по миру, разыскивают и обезвреживают всё подряд. Гид-иномирец устраняет после семнадцатилетних оперативников хаос, всё больше доходя до белого каления. Да. Всё было просто отлично. Потому что нынче и в артефактории, и в Целестии начинает твориться что-то не то. Тут тебе и квалификации, и внезапные инспекции, и свалившаяся на голову ярмарка, и разбитые сердца… А ещё — бесконечные тайны. Кто...
— А теперь думай, что ты можешь противопоставить ей.
— Шутишь?! — у Кристо голос застрял в горле, и он дал постыдного петуха. — Да у нее глаза вон как… она уже все видела, все знает! Нет у меня ничего, чтобы против нее! Ни оружия, ни…
— Есть, — отрезал Ковальски и наконец выпрямился. — Опытному бойцу, видевшему столько, ты можешь противопоставить только одно. Свой феноменальный идиотизм.
И ведь всё было просто отлично: маг-отморозок и помешанная на артефактах напарница бегают себе по миру, разыскивают и обезвреживают всё подряд. Гид-иномирец устраняет после семнадцатилетних оперативников хаос, всё больше доходя до белого каления. Да. Всё было просто отлично. Потому что нынче и в артефактории, и в Целестии начинает твориться что-то не то. Тут тебе и квалификации, и внезапные инспекции, и свалившаяся на голову ярмарка, и разбитые сердца… А ещё — бесконечные тайны. Кто...
Волноваться вредно. Вот ведь факт: его хладнокровие всю жизнь доводило окружающих до белого каления, а двое юнцов за двести дней его самого довели почти до состояния истеричной девочки. Осталось сесть на пол, потереть щечки ручками и громко зареветь, требуя конфетной компенсации за стресс.
И ведь всё было просто отлично: маг-отморозок и помешанная на артефактах напарница бегают себе по миру, разыскивают и обезвреживают всё подряд. Гид-иномирец устраняет после семнадцатилетних оперативников хаос, всё больше доходя до белого каления. Да. Всё было просто отлично. Потому что нынче и в артефактории, и в Целестии начинает твориться что-то не то. Тут тебе и квалификации, и внезапные инспекции, и свалившаяся на голову ярмарка, и разбитые сердца… А ещё — бесконечные тайны. Кто...
— Ну, для начала тебе придется овладеть манерами, — огорошила его девчонка. — Научиться нормально говорить… есть… не сморкаться в рукава и всякое такое.
— И что, ты мне книжек надаешь, что ли?
— Нет, зачем. Буду учить сама, способом, который тебе лучше всего подходит. Объясняю раз, два раза, с третьего раза не понял — по башке!
— Это дело! — обрадовался Кристо. — Сработаемся.
Куда бы послать на практику шестнадцатилетнего мага-отморозка? Правильно, подальше! То бишь, в артефакторий, полный тайн, зачарованных вещичек и ненормальных сотрудников. Где ему сходу подкинут плёвое задание: смотаться в иной мир в компании тихони-артемагини за зловредным Браслетом Безумия. Только вот напарница оказывается не такой уж тихоней, да и артефакт низшего, «синего» уровня опасности с чего-то нужен и нежити, и наёмникам, и контрабандистам. Что тут, спрашивается, делать магическому...
Но тут Дара уволокла его в кусты так оперативно, что он и вякнуть-то ничего не успел.
Спасибо еще, не в кусты роз. Жасмин для шпионажа подходит гораздо лучше!
Куда бы послать на практику шестнадцатилетнего мага-отморозка? Правильно, подальше! То бишь, в артефакторий, полный тайн, зачарованных вещичек и ненормальных сотрудников. Где ему сходу подкинут плёвое задание: смотаться в иной мир в компании тихони-артемагини за зловредным Браслетом Безумия. Только вот напарница оказывается не такой уж тихоней, да и артефакт низшего, «синего» уровня опасности с чего-то нужен и нежити, и наёмникам, и контрабандистам. Что тут, спрашивается, делать магическому...
Может быть, вы еще не поняли, деточки, но любая вещь должна оставаться для вас только вещью. Будет довольно неприятно, если вы к ней привяжетесь. Если мамы вам этого не говорили, так могу сказать я: вещи нельзя любить. Можно любить что-то, что с ними связано. И нельзя ждать от них могущества: вы должны открыть его в себе. Никогда нельзя давать ни одной вещи власть над собой, если не хотите им уподобиться
Куда бы послать на практику шестнадцатилетнего мага-отморозка? Правильно, подальше! То бишь, в артефакторий, полный тайн, зачарованных вещичек и ненормальных сотрудников. Где ему сходу подкинут плёвое задание: смотаться в иной мир в компании тихони-артемагини за зловредным Браслетом Безумия. Только вот напарница оказывается не такой уж тихоней, да и артефакт низшего, «синего» уровня опасности с чего-то нужен и нежити, и наёмникам, и контрабандистам. Что тут, спрашивается, делать магическому...
К чему лишние стратегии, когда следует блюсти священные традиции?
Может, ум Магистров немного и затупился, но так это от вековой, нагруженной на него мудрости. Такой ум с легкостью роется в прошлом и находит похожие случаи решительно для всего, и с успехом поэтому решает привычные задачи… но если задача совсем новая, сочиненная иным, не в меру практическим и современным разумом — ум мудрого пугается и начинает в панике прочесывать всю базу информации: неужели ничего нет?
Куда бы послать на практику шестнадцатилетнего мага-отморозка? Правильно, подальше! То бишь, в артефакторий, полный тайн, зачарованных вещичек и ненормальных сотрудников. Где ему сходу подкинут плёвое задание: смотаться в иной мир в компании тихони-артемагини за зловредным Браслетом Безумия. Только вот напарница оказывается не такой уж тихоней, да и артефакт низшего, «синего» уровня опасности с чего-то нужен и нежити, и наёмникам, и контрабандистам. Что тут, спрашивается, делать магическому...
«бездник, или потенциал, — человек, которого природа, похоже, собиралась родить магом и приготовила для магии ёмкость, а потом раздумала и магии ему не дала».
— …возможно, вам покажется странным этот парадокс…
— Ничуть, — сухо отозвался Ковальски. — Учитывая, что природа дала куче людей черепную коробку, но не вложила в неё мозгов. Тут, как я понимаю, примерно то же.
Куда бы послать на практику шестнадцатилетнего мага-отморозка? Правильно, подальше! То бишь, в артефакторий, полный тайн, зачарованных вещичек и ненормальных сотрудников. Где ему сходу подкинут плёвое задание: смотаться в иной мир в компании тихони-артемагини за зловредным Браслетом Безумия. Только вот напарница оказывается не такой уж тихоней, да и артефакт низшего, «синего» уровня опасности с чего-то нужен и нежити, и наёмникам, и контрабандистам. Что тут, спрашивается, делать магическому...