Наталья

Лютаев был моей любовью, нерушимой стеной, за которой я могла спрятаться от любой бури, а потом не поверил… предал… изменил! Шесть лет нас разделяли разные города и страны. Я ничего о нем не знала, запретила себе интересоваться его жизнью. А тут… столкнулась с Лютаевым в Академии, при которой он открыл частную бизнес школу. Все бы ничего, но я как назло только что поступила учиться в эту самую школу! Теперь светлый лик Ивана Егоровича я буду лицезреть в течение ближайших двух лет! **** **** -...

- Стой! Ты что творишь?! – испугано вздрагиваю, когда он хватает меня за талию и усаживает на учительский стол. – Что такого? – нагло улыбаясь, он почти касается моих губ. - У тебя девушка есть! – упираюсь руками ему в грудь. - А если бы ее не было, позволила бы? – дерзко. - Нет! – слишком эмоционально. - Врешь, - заявляет он, целуя меня в губы. Дверь за моей спиной открывается… Дружный удивленный вздох одноклассников и один громкий возмущенный возглас – та самая крышка гроба, под...

– Лучше слушайся меня, девочка. Лекс притягивает меня к себе, и его холодные светлые глаза теперь так близко, что сердце у меня сначала замирает, а потом начинает быстро-быстро стучать. – Зачем я тебе? – шепчу я. Лекс усмехается и ведет ладонью по моей щеке. – Ты красивая. Я люблю красивые вещи, их приятно иметь у себя. – Но я же не вещь! – с отчаянием говорю я. – Ты не можешь просто взять и… забрать меня. – Не могу? Ты бросаешь мне вызов, девочка? – Я… нет… я не то! Я… – Вызов принят. И...

К нам в класс перед самым выпускным вдруг переводится Бессонов – звезда молодежной футбольной сборной, который давно уехал из нашего городка. Он все ставит с ног на голову, девчонки от него без ума, парни фанатеют и готовы сделать все, что он скажет, и только я сохраняю холодный рассудок. Но почему-то именно ко мне этот Бессонов цепляется больше всего! – Мне кажется, или ты меня сейчас назвала тупым? – опасно прищуривается Бессонов. А что, он думает, если он известный футболист, то все должны...

— Я знаю, как ты можешь отомстить этой стерве. У нее же парень есть. Их еще называют лучшей парой универа. А ты возьми и переключи его внимание на себя. Пусть он тебя поцелует, сделаешь фотку и покажешь ей. И по делам ей будет. — Я не буду заниматься таким. — Все еще пытаешься быть правильной? И это после того, что она сделала? Глупая. Разбей ее в ответ. *** План был прост. Обратить на себя внимание парня моей главной врагини. Вот только, никто не предупреждал, что он ведя себя с ней, как...

— Я знаю, как ты можешь отомстить этой стерве. У нее же парень есть. Их еще называют лучшей парой универа. А ты возьми и переключи его внимание на себя. Пусть он тебя поцелует, сделаешь фотку и покажешь ей. И по делам ей будет. — Я не буду заниматься таким. — Все еще пытаешься быть правильной? И это после того, что она сделала? Глупая. Разбей ее в ответ. *** План был прост. Обратить на себя внимание парня моей главной врагини. Вот только, никто не предупреждал, что он ведя себя с ней, как...

— Видишь того парня? Держись от него подальше.  — Почему?  — Он терпеть не может твоего брата. У них кровная вражда. Я тебя предупреждаю из соображения безопасности. Я такие советы воспринимала серьезно и мысленно поставила железную отметку, что приближаться к нему точно не буду. Вот только, стоило ему обернуться, как в этом парне я узнала того, кто несколько дней назад стал моим первым мужчиной.

Книги — зло. Я пришла к такому выводу, когда некий, никому неизвестный шутник, решил написать и выложить на популярной литературной площадке романтическую историю, главными героями в которой являются я и самый отбитый ублюдок нашего университета.

*Книга 1* Книги — зло. Я пришла к такому выводу, когда некий, никому неизвестный шутник, решил написать и выложить на популярной литературной площадке романтическую историю, главными героями в которой являются я и самый отбитый ублюдок нашего университета. 18+

— Слышь, малявка, где тут у вас восьмой кабинет? Мне к училке надо на пару слов, — небрежно произносит мужчина, не поднимая взгляда от телефона. Так вот ты какой, папа Вовочки… — Вы время видели? — рвётся наружу моё раздражение. Карие глаза из-под густых темных бровей, без слов показывают, на чём он вертел мой комментарий. — Ты знаешь, где найти математичку вашу чокнутую или нет? — Кого, простите? — Прищуриваюсь. Это он обо мне? Вот урод! Ещё и малолеткой обозвал между делом. — Ну эту,...