Юля

Когда успешный руководитель Громов узнает, что его ближайший друг и подчиненный замешан в загадочных отношениях с женщиной, которую он сам втайне любит, мир начинает трещать по швам. Пылающая ревность, приглушенные инстинкты и взрывные чувства ведут к черте, где мораль стирается, а желание берет верх. Тайные ночи, неожиданные встречи, опасные выборы — все это переплетается в истории, где любовь становится испытанием, а страсть — наказанием.

Мой свёкр Умар Каримов – властный и жестокий авторитет, которого все боятся и уважают в нашем городе. И теперь я стою у него в приёмной, на грани обморока. Меня знобит. Бросает в жар от страха. Потому что я пришла просить его о невозможном. Но только он может дать мне это.

Меня сорвали с собственной свадьбы и кинули к нему в камеру. Беслан — не муж, а палач. Он не спрашивает, он приказывает. Здесь я — вещь, игрушка, тело без права выбора. И выхода нет: мои крики меня не спасут, потому что в этой тюрьме хозяин только один.

— Заберите свою бомбу замедленного действия! — снова вопит рыжая бестия и сует мне корзину обратно. Я от шока начинаю тормозить: — Какую бомбу?! — Ландыши! Они же ядовиты! Тем более в таких промышленных масштабах… — Что? — переспрашиваю я. В моем понимании ландыши – это прекрасные весенние цветы, причем занесенные в Красную книгу, которые контрабандой продают бабульки у станций метро, и которые я скупил оптом. — В них содержится конваллятоксин! — отчеканивает сексуальная пышечка, будто...

“Куда ты собралась в свои сорок восемь? Замуж? Не смеши людей. На свиданки она бегает, с мужиком в парке обжимается… Позорище. Иди вон, сиди на лавочке у подъезда. Радуйся, что у тебя есть дочь. И жди внуков. А капитан этот тебя бросит. Наиграется и найдет молодую. Наплачешься еще из-за него… “ Так говорит моя внутренняя бабка. И она права. Да, мне уже поздно. Да, я наплачусь. Плевать. Я просто хочу капельку счастья…

Полгода назад я совершила две ошибки: надела кожаные шорты с чулками в сеточку на свои 100 кило и влюбилась в самого опасного мужчину в своей жизни. Я сбежала на рассвете, прихватив лишь его рубашку, разбитое сердце и... положительный тест на беременность. Спустя шесть месяцев злая судьба привела меня в московский офис Яна Аристарховича. Теперь я – «толстая» сотрудница в панталонах с начёсом, а он – мой босс, который мечтает меня уволить.

— Избегаешь меня, “тетя” Аня? — спросил Алим со своей фирменной легкой улыбкой. — Нет, — ответила я, отводя взгляд, будто рассматривала окружающих. — Тогда почему игнорируешь звонки? — Нам не о чем говорить. — После всего, что между нами было? После  ночи страсти, поцелуев, громких стонов… — Это было ошибкой. И больше никогда не повторится. Так что, если рассчитывал на поцелуи и страсти… — Я рассчитывал на большее, чем просто поцелуи, — сказал с мечтательным видом. — Тогда закатай губу,...

– Я не из тех уродов, кто бросает собственных детей, ясно? – дергает Евсей шеей. – Да? – реву, как раненный зверь. Да как он вообще может говорить хоть что-то подобное или тем более требовать чего-то от меня! – А из каких ты уродов? Из тех, что спят с практически бесчувственной девушкой, а потом врут, что она потеряла сознание из-за приступа аллергии? – Нас обоих опоили! – орет, теряя контроль, и меня накрывает больное удовольствие. От того, что смогла вывести его. Что вся эта ситуация и для...

Порядок и дисциплина - главные правила майора Бойкова. Вот только дома они совсем не работают. Трудный, замкнутый ребенок сложно поддается воспитанию. Но молодой отец не теряет веры найти для него подходящую няню. Одна случайная встреча подарила ему надежду. И, кажется, не только ее. Осталось лишь уговорить Инну...

– Пап, тебя в школу вызывают! – Опять? – я сдержал вздох, но голос всё равно прозвучал как скрип ржавых качелей. Даниил пожал плечами, делая вид, что не понимает моего раздражения. – Ну, там мелочь… Ондатра немного нервничает. – Сынок, ты понимаешь, что это последняя твоя школа? Дальше – интернат. – Я буду вести себя хорошо, но ты должен мне кое-что пообещать, папа. – Что? – Сделай Ондатру Арнольдовну счастливой, тогда она перестанет до меня докапываться. – Не думаю, что дело в...