Ludwig

— Ну здравствуй, Александровна, — я запираю дверь в аудиторию, скрывая нас с Александровной от посторонних глаз. Она буравит меня своими голубыми омутами, и взгляд ее, страхом наполненный, меня убивает просто. Ну чего ты испугалась малышка? Разве я хоть раз тебя обидел? Разве позволил себе причинить тебе боль? А ты позволила. Растоптала практически, уничтожила. — Как жизнь супружеская? Счастлива? Она смотрит на меня, словно я приведение. Нет, Александровна, я вполне реален и очень серьезно...

— Это женский туалет, Волков, выйди немедленно, — она пытается говорить громко, но голос дрожит. Я закрываю за собой дверь, делаю несколько шагов к Александровне. Она оглядывается по сторонам, в поисках пути отступления, но я не позволяю ей даже подумать, прижимаю к умывальнику с одной стороны и к себе с другой. Черт. Как же я скучал по ее запаху и близости. Меня просто уносит в чертов рай. — Чего ты добиваешься, Волков? Ты хоть понимаешь, что сейчас опозорил меня перед классом. — Да...

— Да прекратите вы! — Что прекратить? — Делать вид, как будто все нормально! — А что не нормального? — Вас ничего не смущает? — Смущает, я жрать хочу, а ты мне мозг выносишь. Он надо мной издевается. — Почему вы сразу не сказали, что тоже живете в этом доме? Еще вчера я была студенткой престижного вуза, хорошей дочерью, примерной невестой. Я готовилась к предстоящей свадьбе, строила планы на праздники и точно не представляла, что окажусь в чужом доме, в ста километрах от города под...

– Она мне никто! Клянусь! Муж пытается схватить меня за руку, я уворачиваюсь. – Но тем не менее ты привел ее в наш дом. И в нашу постель. – Это просто разовая интрижка! Она ничего не значит! Пожалуйста, милая, поверь мне! В груди разливается жгучая боль, а на глаза наворачиваются слезы. Как он мог меня предать? Шестнадцать лет брака, двое детей и третья беременность, о которой он пока ничего не знает… Неужели это все коту под хвост? – Родная, я понимаю, что облажался… Что обидел тебя. Но...

Шеф загадочно замолчал, нарочно выдерживая мхатовскую паузу, и Платон насилу сдержался, не наговорил грубостей. - Нынешний генеральный "Феникса", Алёна Дмитриевна Кольская, на сносях. Насколько я как отец двоих детей и дед пятерых внуков в этом понимаю, рожать ей месяца через полтора - два. Шеф хитро посмотрел на оглушенного новостью Платона и продолжил: - Хотя мужа у Кольской не наблюдается.

Сорок лет — прекрасный возраст: уже не нужно никому ничего доказывать, но при этом вся жизнь впереди

– Так-то ты чтишь истинность!? Донимала меня своими истериками, требовала уважения, а сама… чуть не убила нас! – рычал на меня, как зверь, мужчина. – Я повторяю в последний раз: ты принадлежишь МНЕ! Твоя единственная цель в жизни – рожать МНЕ сильных наследников! С этих слов началась моя вторая жизнь, но кто сказал, что я должна терпеть подобное обращение, проснувшись в теле совершенно незнакомой девушки?! Истинный у неё есть? Поздравляю… его! Сама счастливица уже успела наложить на себя...

Жила я себе прекрасной тайной жизнью, пока однажды методом угроз и шантажа зловредная мачеха не отправила меня на бал. Кошмарный королевский бал! И на том балу мне встретился кошмарный королевский дракон! Он так и тянул бы свои загребущие ручищи на все танцы, если бы я не улизнула с этого ужасного мероприятия. Вот только почему-то после того дурацкого бала я стала повсюду встречать этого дракона. Ты чего ко мне прицепился, а? Руки прочь от моих булочек и кыш из моей пекарни!