– Значит, целитель? Быть не может! – ворон зацокал клювом, расправляя крылья. – Твои способности совер–ршенно иного р–рода! Я почувствовал всплеск силы еще за завтр–раком! Ты была так напр–ряжена, не упр–равляла своими эмоциями и взор–рвала кружку
Несколько капель крови упали на лист, окутанный клубами темного дыма. Дым тут же ожил, жадно потянулся вверх, к руке Рэйнарда, но тот одним жестом заставил тьму замереть
– Любезно сообщил, что светлая принцесса здесь никто и звать ее никак. Один мой вид вызывает у него раздражение до скрежета зубов. Он точно следит за мной. Прикрывается своими домыслами о том, что я решила устроить заговор против всех вас
– Это подождет. У отца другие хм… проблемы. А сейчас мы подпишем договор на крови, как ты и хотела, дорогая! А дальше у нас большие планы! Балы, торжественные ужины и представление живой и невредимой принцессы народу Миренории
– Нет у меня никаких способностей. В моем мире вообще магии не существует. И говорящих птиц в том числе, – я вновь прислушалась к разговорам за дверью и напряглась. – А теперь тише! Мне нужно сосредоточиться перед встречей с «сестрой»
– Исключено! Ее дух за гранью, а значит и сила! Ведь только дух может управлять силой Хаоса или силой Света. Так что у тебя врожденная способность управлять силой света
В одно мгновение пространство вокруг будто пришло в движение. К горлу подступила тошнота, а глаза заслезились. Но мгновение, и все исчезло. Зато изнутри меня захлестнули яркие эмоции. Перед глазами замелькали какие–то обрывки воспоминаний
Она едва заметно взмахнула рукой, при этом шевеля губами. Следом что–то щелкнуло, вокруг нас появилось нечто похожее на мыльный пузырь, переливающийся всеми цветами радуги в тусклом дневном свете. Но, самое главное, все посторонние звуки вокруг нас пропали, будто кто–то выключил звук на телевизоре
Сестрица чуть нахмурила брови и как–то резко втянула воздух. Что–то почувствовала? Или просто нервничает? Черт, мне бы умение копаться в мозгах. А не кружки и вазы взрывать
Младшая принцесса Алемерии, ее высочество Аврора Лаксен, выглядела в точности такой же, какой ее мне показал Ноксель. Она была очень похожа на сестру. Разве что на ее щеках сейчас было чуть больше румянца, а в больших голубых глазах застыли слезы. Длинные светлые волосы были распущены и струились локонами по плечам, а бледно–голубая ткань платья добавляла девушке какой–то легкости, воздушности, которой я еще не видела здесь