– Тогда в чем ты меня обвиняешь, Алекс? В чем я виновата? Почему, тьма вас всех раздери, вы все сделали виноватой меня?! – Я уже не могла сдерживаться. Боль и обида жгли сильнее самого светлого пламени, разъедали душу, обнажая незаживающие раны на сердце. – Ладно родители, Андреас и Алфея, они со дня инициации перестали считать меня членом семьи, с легкостью обвиняют во всех катастрофах и происшествиях. Но ты?! – выкрикнула я, глядя в самые любимые серые глаза в мире, обладатель которых сейчас словами бил сильнее самого сильного проклятия. – Как ты можешь говорить мне такое?
Он наклонился, чтобы запечатлеть на лбу невесты поцелуй. Но она вдруг приподнялась, схватилась свободной рукой за ворот рубашки и прижалась губами к его губам
Папа с братом застыли в ожидании продолжения. Никогда не видела на их лицах такую готовность следовать чужим приказам. Обычно их распоряжения неукоснительно выполнялись, а не наоборот. Но сейчас все пребывали в таком шоке, что никто даже не думал оспаривать главенство Рейгана. Это казалось правильным.
Стражники Запределья хорошо постарались. На выходе из храма мы не встретили ни одного гостя. Даже родственников удалили, позволив нам вернуться в особняк незамеченными. Сложно представить, чего им стоило выгнать отсюда вездесущих тетушек, кузенов и кузин.
Стражники Запределья хорошо постарались. На выходе из храма мы не встретили ни одного гостя. Даже родственников удалили, позволив нам вернуться в особняк незамеченными. Сложно представить, чего им стоило выгнать отсюда вездесущих тетушек, кузенов и кузин.
– Решить?! Как ты это решишь? – прорычала я, задирая ткань рукава и демонстрируя ему золотую вязь на запястье. Она никуда не делась. Я даже потерла ее большим пальцем, но стереть, конечно, не получилось. На мягко светящейся коже она смотрелась особенно ярко и вызывающе, словно издевалась. – Я замужем… за этим… этим князем…
Ты же знаешь, что это не так. Я просто зол… очень зол, куколка. Я никогда ни с кем не делился и не собираюсь делиться. Особенно любимой девушкой. Ты моя. От начала до конца. И мысль о том, что кто-то… собирается отнять тебя, очень злит.
Поцелуй вышел неловким, каким-то странным и безэмоциональным. Слегка соленым от слез и горьким от разрушенных надежд. И они оба почувствовали это
– Разумеется. За мешок золотых найдутся те, кто решится пойти против закона. И что дальше? Так и будешь жить с моей женой в Свободных землях?
Думаю, вам стоит заняться гостями. Они ничего не должны знать. Придумайте что-нибудь. Скажите, что… храм приводят в порядок. Кормите гостей, угощайте красным вином и игристым, пригласите актеров, устройте представление. Пусть они развлекаются и отдыхают, забыв обо всех неприятностях.