И мы расстались. Я ходил всю ночь; я не мог решиться воротиться домой. Я был так счастлив… до завтра!
Вы меня любите по-прежнему?
О, любите меня, не оставляйте меня, потому что я вас так люблю в эту минуту, потому что я достойна любви вашей, потому что я заслужу ее… друг мой милый!
Чувства – по-прежнему удел женщин, мужчинам их прекрасно заменяет интернет.
— Это у тебя от отца – вечно видеть в людях дурное.
Основы генетики я постигла еще в детстве: все плохое у меня от папы.
— Ничего, Евочка, – попробовала она меня утешить. – Мы обязательно найдем выход из положения.
Я кивнула, мрачно думая при этом: «Само собой, найдем, но какого лешего я каждый раз нахожу туда вход?»
Я выбрал бы её. Потому что она – это я сам. Она моя кровь, моя женщина, моя жизнь и проживет ее за нас обоих.
Больно. Иногда делать правильные вещи невыносимо больно.
– Дед! Я ее дед! – голос Императора железный и очень тяжелый по звучанию, давит на барабанные перепонки властной тяжестью, – Вот почему тебя до сих пор не расстреляли за твою наглую дерзость. И вот почему тебя привезли ко мне домой, и вот почему все твои требования будут исполнены. Наследнику короны Свободной Республики никто не посмеет отказать – даже родной отец.
– Как вы допустили чтоб с ним такое произошло? Я отправил его на остров, чтобы ни одна тварь не смогла достать его там. Я сделал все, чтобы он остался в живых. Как вы не досмотрели, Андерс? Я пожертвовал ради него всеми людьми Сопротивления! И позволил ему считать себя врагом Свободной Республики!
Любопытство порой губительней глупости