Мои цитаты из книг
Если честно, ожидала большего, долгие предварительные ласки, эротические игры, а тут поцеловал, пощекотал пятку, и все.
Книга 1. Мой когда-то гордый народ уже давно просто прислуга у другой высшей и куда более развитой расы. Темные. Демоны. Гады. Так называют их у нас. Но когда мы приходим на заработки в их мир, мы зовем их не иначе как хозяевами. Я сделала все, чтобы не пройти отбор и избежать судьбы, каковая была у моей матери и сестер. Судьбы элитной куклы, которую холят и лелеют, но потом выбрасывают на помойку, стоит красивой игрушке сломаться или испортиться. Поэтому я обычная официантка, самое низшее...
Правит сила. Так было, есть и будет. Законы могут быть самые разные, но те, кто будет их преступать, всегда найдутся, поэтому если не хочешь быть жертвой, становись хищником. Ты во многом хороша, Леа, но как бы ты ни старалась, ты жертва. Так тебя воспитал твой мир.
Книга 1. Мой когда-то гордый народ уже давно просто прислуга у другой высшей и куда более развитой расы. Темные. Демоны. Гады. Так называют их у нас. Но когда мы приходим на заработки в их мир, мы зовем их не иначе как хозяевами. Я сделала все, чтобы не пройти отбор и избежать судьбы, каковая была у моей матери и сестер. Судьбы элитной куклы, которую холят и лелеют, но потом выбрасывают на помойку, стоит красивой игрушке сломаться или испортиться. Поэтому я обычная официантка, самое низшее...
Даже когда в твоей жизни все плохо и кошмарно, и ты думаешь, что совершена огромная ошибка, спустя какое-то время может оказаться, что все было не зря, а может быть, очень хорошо, что все случилось именно так, как случилось.
Книга 1. Мой когда-то гордый народ уже давно просто прислуга у другой высшей и куда более развитой расы. Темные. Демоны. Гады. Так называют их у нас. Но когда мы приходим на заработки в их мир, мы зовем их не иначе как хозяевами. Я сделала все, чтобы не пройти отбор и избежать судьбы, каковая была у моей матери и сестер. Судьбы элитной куклы, которую холят и лелеют, но потом выбрасывают на помойку, стоит красивой игрушке сломаться или испортиться. Поэтому я обычная официантка, самое низшее...
Ни одной минуты времени нельзя купить за наличные; если б было можно, богачи жили бы дольше других.
Сборник «Четыре миллиона» (1906) составили рассказы, посвященные Нью-Йорку. Его название объяснялось в кратком предисловии к первому изданию, где О. Генри сообщал, что по переписи населения в Нью-Йорке насчитывалось на тот момент четыре миллиона жителей.
Данный рассказ впервые опубликован в 1904 г.
Богатство ничего не значит там, где речь идет об истинной любви. Любовь всесильна.
Сборник «Четыре миллиона» (1906) составили рассказы, посвященные Нью-Йорку. Его название объяснялось в кратком предисловии к первому изданию, где О. Генри сообщал, что по переписи населения в Нью-Йорке насчитывалось на тот момент четыре миллиона жителей.
Данный рассказ впервые опубликован в 1904 г.
Я всегда стою за деньги. Я прочел всю энциклопедию насквозь: все искал чего-нибудь такого, чего нельзя купить за деньги; так на той неделе придется, должно быть, взяться за дополнительные тома.
Сборник «Четыре миллиона» (1906) составили рассказы, посвященные Нью-Йорку. Его название объяснялось в кратком предисловии к первому изданию, где О. Генри сообщал, что по переписи населения в Нью-Йорке насчитывалось на тот момент четыре миллиона жителей.
Данный рассказ впервые опубликован в 1904 г.
Если ты платишь больше десяти центов за кусок мыла, то лишнее с тебя берут за плохие духи и обертку.
Сборник «Четыре миллиона» (1906) составили рассказы, посвященные Нью-Йорку. Его название объяснялось в кратком предисловии к первому изданию, где О. Генри сообщал, что по переписи населения в Нью-Йорке насчитывалось на тот момент четыре миллиона жителей.
Данный рассказ впервые опубликован в 1904 г.
Я слышал, будто нужно три поколения для того, чтобы создать джентльмена. Это раньше так было. А теперь с деньгами оно получается куда легче и быстрей.
Сборник «Четыре миллиона» (1906) составили рассказы, посвященные Нью-Йорку. Его название объяснялось в кратком предисловии к первому изданию, где О. Генри сообщал, что по переписи населения в Нью-Йорке насчитывалось на тот момент четыре миллиона жителей.
Данный рассказ впервые опубликован в 1904 г.
Вам, без сомнения, лучше меня известен удивительный, блестящий парадокс Прудона: «Собственность-это воровство», парадокс, как хотите...
«Был июль, пять часов пополудни и страшная жара. Весь каменный огромный город дышал зноем, точно раскаленная печь. Белые стены домов сияли нестерпимо для глаз. Асфальтовые тротуары размягчились и жгли подошвы. Тени от акаций простерлись по плитяной мостовой, жалкие, измученные, и тоже казались горячими. Бледное от солнечных лучей море лежало неподвижно и тяжело, как мертвое. По улицам носилась белая пыль…»
А теперь представьте себе, что такая позорная, неизвестно кем пущенная клевета грозит не только вашему доброму имени и спокойному пищеварению, но угрожает вашей свободе, вашему здоровью, даже вашей жизни?
В таком именно положении находимся мы, оклеветанные газетами воры.
«Был июль, пять часов пополудни и страшная жара. Весь каменный огромный город дышал зноем, точно раскаленная печь. Белые стены домов сияли нестерпимо для глаз. Асфальтовые тротуары размягчились и жгли подошвы. Тени от акаций простерлись по плитяной мостовой, жалкие, измученные, и тоже казались горячими. Бледное от солнечных лучей море лежало неподвижно и тяжело, как мертвое. По улицам носилась белая пыль…»