Предательство – это нож в спину, а он всегда глубоко ранит.
...когда копируешь других, перестаешь развиваться.
За удовольствие всегда приходится платить.
Когда в тебе нуждается кто-то, кого ты любишь, остальное не имеет смысла.
Но то, что нас не убивает, делает только сильнее и злее, чем раньше.
У всех нас есть потребность в любви. Нам нужно что-то, ради чего стоит жить. Чтобы жизнь перестала быть тяжелой рутиной, чтобы в ней появилась цель.
Ошибки можно исправить, но потерянное время не вернешь.
Как ему объяснить, что, если двоим хорошо в постели, это еще ничего не значит? Люди приходят в бар, знакомятся, общаются около часа и уже едут вместе домой! При этом оба ровным счетом ничего друг для друга не значат.
Я не злюсь, и не гоняюсь за женщинами, которые не хотят, чтобы их догнали.
Фэллон продолжила беспечным, издевательским тоном:
— Мы еще в школе выяснили, что агрессоры обижают других, потому что не уверены в себе. Они сами испытывают боль. — Она обняла колени руками. — Нам не стоит злиться. Мы должны их жалеть. Мэдок в жизни не принимал реальных решений, значит, у него не было ничего настоящего. Этот дом, машины, деньги. Это всё иллюзия. Всё равно, что хвалиться победой в войне, в которой не участвовал. – Фэллон вздохнула, медленно прошептав: – Мэдок понятия не имеет, кто он.