- Мы все разные, и любим по-разному, и выглядит это по-разному… есть люди, которые приносят избраннице под окно корзины с розами, а есть те, кто смотрит на девушку и предлагает одеться, чтобы она не замерзла. Кто-то дарит бриллианты, пуская пыль в глаза, а кто-то не подарит золота, нет у человека на это денег. Но встанет ночью к ребенку, принесет тебе воды, когда ты заболеешь… Мы разные, Сели! Нельзя всех стричь под одну гребенку, кстати, не самую ровную, а потом удивляться, что все не так. Конечно, не так!
Семья - это не общая кровь, не родственные связи, не брачные клятвы. Семья - это когда ты с кем-то спина к спине против всего мира.
- Каждый, кто знаком с девушками, точно знает - они умеют хранить секреты. Вот только подруге скажут - тоже, по секрету, и все! Каким образом в курсе дела оказывается вся империя? Это кто-то другой проболтался, точно! А девушки молчали!
- Зачем бабам образование?
- Может, оно и незачем, но тут - как?
Бабам об этом сказать же надо...
- А потом?
- А потом успеть удрать. Быстро, далеко и надолго, пока озверевшие женщины не остынут.
Когда уходит человек, с ним уходит часть твоего мира. И если она слишком велика… мир рассыпается на части, а дальше все зависит от человека. Сумеет он себя собрать — или нет? Кто-то не может этого сделать.
— Ей ничего за это не будет? Она хотела, как лучше... — Будет. Орден или медаль, - проворчал Далларен. Благо, проходимцы давно занесли в мир идею госнаград. Раздолье же! Дал орден - и денег давать не надо! Казне экономия!
Цена благополучия порой высока, но мы готовы ее платить.
Ложь. Я ненавижу ее.
Мир стал бы лучше, если бы каждое слово и обещание выжигало на коже клеймо. Или стягивало горло удавкой.
Мир стал бы лучше, а люди научились не врать.
Или вымерли.
Врагам и бешеным собакам надо смотреть в глаза. Не моргая
– Всадить нож было мало, да? – рявкнул Ржавчина. – Что еще надо сделать, чтобы ты больше не думала о нем?
– Всадить нож и в мое сердце, – сказала я.