Все люди так или иначе используют друг друга...
Бывают дни и даже годы, когда кажется, что ты полностью опустошен, твоя душа перегорела и ты попросту мертв, хотя какое-то время еще можешь ходить, говорить и даже неплохо при этом выглядеть. Ты вроде бы существуешь, но уде по-настоящему не живешь.
Нельзя беззастенчиво приставать к симпатичным девушкам, любить причинять другим боль и при этом оставаться изящным, вкусно пахнущим пионом. Дерьмецо оно ведь даже через поры просачивается.
...у тебя хватит наглости, так перенести визит неудобных гостей, чтобы они не сразу поняли, куда именно их послали...
В себя я пришел от боли, шума и от мерзкого ощущения, какое бывает при наличии постороннего предмета между лопатками. Нет, на растущие крылья это мало походило - в ангелы меня уж точно не возьмут...
- Каждая женщина хочет, чтобы ради нее мужчина совершал какие-нибудь безумства... к примеру, отказался от трона, - притворно вздохнула я. - Сделал что-то невозможное... единорога, там, добыл... шапку-невидимку наизнанку вывернул... а если выбор стоит: или она, или весь мир, то громко прокричал, что любовь важнее.
Никогда не уважала змей. И глаза их мне совсем не нравятся. Когда туда смотришь, создается впечатление, что чешуйчатая гадина знает что-то такое, до чего тебе еще расти и расти.
Абсолютная свобода всегда означает смерть, Игрок. Потому что, пока мы живы, всегда остаемся к чему-то привязанными: к своим, к чужим, к родителям, детям, друзьям или врагам... И только смерть освобождает нас об взятых на себя обязательств. Только у нее есть право дарить истинное забвение.
Вы — люди — странные создания. Можете преодолеть любые преграды, многое вынести, почти со всем справиться... но почему-то не способны услышать друг друга. Вам так много дано... столько возможностей, решений, столько открытых дорог... но вы выбираете именно ту, что не для вас предназначена.
Свобода — это не значит, что ты перестал вдруг от кого-то зависеть. Свобода, как я теперь понимаю, это — те рамки, которые ты определил для себя сам.