За что же нам выпить? За любовь не стоит – ее не существует, равно как и дружбы. За честь? Это будет нечестно с моей стороны. Не хочу уподобляться шлюхе, поднимающей бокал за девственность и целомудрие. За отечество? Это слово мы понимаем по-разному, и потом за это не пьют, а умирают. Или убивают. Пожалуй, я выпью за жизнь, какие бы рожи она нам ни корчила…
Люди обожают кутать свои довольно-таки мелкие мыслишки в шелка и бархат. Их бесит, когда кто-то не только сам ходит голым, но и с них сдирает тряпки.
Я — одинокий ворон в бездне света,
Где каждый взмах крыла отмечен болью,
Но если плата за спасенье — воля,
То я спасенье отвергаю это.
Это зверь рождается зверем, человека зверем делают другие люди.
Когда нет радости, это не страшно, страшно, когда радости ломают крылья.
Во время войны проще, чем во время мира. Есть враги, есть свои, есть цель.
На свой счёт имеют обыкновение записывать те, у кого этот счёт есть.
Если сердце говорит — иди, а разум спрашивает — зачем, надо слушать сердце.
Будь у людей хвосты, изображать невозмутимость было бы куда труднее.
Я не лаю и даже не кусаю. Я рву глотку.