Солнечная

Я потратила два года, чтобы засадить Дина Коула, главу мафиозной группировки, за решётку, но он вышел сухим из воды. Теперь он — единственный, кто может помочь мне. — Я знаю, как разрешить возникшее между нами недопонимание, детектив. Покер. Одна партия. Выиграешь — получишь всю интересующую тебя информацию и даже больше. — А если проиграю? — Я все равно дам тебе полный расклад с именами, адресами и видеозаписями. — Тогда в чем твоя выгода? — Перед тем я застегну на тебе те «браслеты», что...

— Ты. Теперь. Моя. — зло чеканит он по словам, а у меня озноб по всему телу прокатывается. Отхожу назад, мнимо полагая, что смогу от него сбежать. — Нет! — То, что ты сделала, не прощают. — Я должна была… Голос дрожит, а руки стискивают подол испачканного в крови свадебного платья. — Раздевайся. — Громыхает надо мной, заставляя вздрогнуть и машинально потянуться к веревке на своем корсете. Таким, как он, не отказывают. Таким, как он, не перечат. Таких, как он, не злят. А...

Дикий и непредсказуемый главарь преступной группировки не тот, с кем стоит встречаться взглядом. Вот бы кто сказал мне об этом раньше. Как спастись теперь, когда он купил меня, чтобы сделать своей игрушкой? И как удержать глупое сердце, которое замирает от каждого его прикосновения? *** - Хочешь совет, Котёнок? – слишком мягко для обычного разговора произнес он. – Сейчас самое время держать свои чувства под контролем. Ты не должна привязываться ко мне. - Почему? – спросила быстрее, чем...

- Отойди от меня! Мне тяжело дышать! - Оу, я заставляю тебя задыхаться? - игриво бормочет Исаков. - Да! Твоя туалетная вода воняет, ясно?! - Ты заведена, Няшка, - говорит он, используя прозвище, которое меня бесит наравне с Кудрявой. - Заведена так, что тебя аж трясет всю. Смотри, все руки в мурашках. - Да что тебе нужно?! Чего ты хочешь?! - Тебя. *** Он бесит меня до невозможности! В прошлом году из-за больной игры, в которую играет он и его друзья, я сломала ногу. Потому что Захар...

- Чего ты хочешь? - вскрикиваю нервно, глядя на мажора. - Разве это не очевидно, котенок? Я хочу играть. - И во что ты собираешься играть? - В тебя. ▪️▪️▪️ Безжалостный. Циничный. Холодный. Лев Плахов привык играть человеческими жизнями. В этот раз он назначил меня объектом своих безжалостных игр. И мне не сбежать…

— Ты нафига это сделал? — Злюсь и подхожу ближе. — Что сделал? — Деньги мне перевел? Кто я по-твоему? — Я оплатил услугу. — Услугу? Да пошел ты! — Конверт с деньгами в рожу ему кидаю. Промахиваюсь. — Ты больная? — Вспыхивает, кулаки сжимает. — Пошел ты, Градов! Хлопаю дверью. Как вихрь, выбегаю из его банка. Нервы сдают. Вот же урод, чтоб он подавился своими деньгами.

– Кто ты такая? – Цежу сквозь зубы, прижав девчонку к обшарпанной стене. – Это он тебя подослал? – Я Ева, – отвечает, смотря мне в глаза, хватая ртом мизерные доли кислорода, которые я ей позволяю. – Я же сказала, что хочу помочь. – Зачем?! – Вглядываюсь в её лицо и, когда она делает попытку оттолкнуться от стены, с силой возвращаю её обратно, приложив затылком о бетон. – Зачем?!  – Мама попросила, – морщась от боли, отвечает девчонка с заставшими слезами в карих глазах. Слово «мама»...

День святого Валентина запомнится мне на всю жизнь, ведь именно в этот день моя жизнь перевернулась с ног на голову. У меня был умный, интеллигентный, утончённый и нежный жених, я была с ним счастлива и готовилась к свадьбе. Но у соседа Лёхи появились на меня свои планы. Чтобы добиться меня, он попёр как танк к моему сердцу. Жениха будто и не было никогда, но я не могу любить ЭТО. – Ты тупой качок, матерщинник и бабник! Просто варвар! – Ну, да, я не святой, – пожимает плечами сосед. – Ты...

— Помнишь меня, милая? Я издевательски растянула губы: — Нет. Ты же всего лишь один из многих. Милый... — А я тебя помню, мой сладкий прокурор! Каждую ночь тебя во сне видел. Все гребаные пять лет. *** Пророк освободился. И я в его списке виновных. Угрозы, шантаж и пытка соблазнительным телом — его любимые методы воздействия. Да, я его боюсь. Но это же я! Он даже не узнает о моем страхе. А безопасность своего сына я обеспечу всеми способами. Но сердцу моему кто ее обеспечит?