Angel

Я женился! Дьявол! Но предварительно напился впервые за… Не за все мои тридцать семь лет, конечно. Но за очень длительное время. Расслабился! Отметил сам с собой назначение на должность главы федерального кардиоцентра. А все из-за чертовой хандры, непонятно откуда взявшегося одиночества. Мыслей, что ни горе, ни радость разделить толком не с кем. И вот! Я больше не один! *** Однотомник

– Я не запрещаю тебе учиться. Можешь получить второе образование, какое захочешь сама. Секса не будет пока тоже не захочешь сама. – Пока?! – моя челюсть отваливается. – Именно. – Сексом я занимаюсь только по любви! – выпаливаю. Вообще-то, у меня еще никого не было. Но ему знать не нужно. – И что это меняет? – То есть, вы уверены, что я влюблюсь в вас? – Уверен. А ты боишься, что окажусь прав?       #адекватный властный герой #милая и дерзкая...

— Почему муж не дает вам развод? — говорит внезапно и смотрит на меня. — Я бы дал. — Что?! — Вы невыносимы. Все время спорите! И со съемной квартиры вас быстро попросят. Сломаете там что-то или… зальете! Так что это, — двигает ключ, — ваш единственный шанс. Ух! Не любит, когда с ним спорят! — Как я рада, что не согласилась! — фыркаю. — Так помощь не предлагают! — А разве я не прав? Задыхаюсь. — Я случайно вас облила! — Два раза? Готов поспорить, будет и третий. — Спорим? — цепляюсь за...

У спасателя Клима Земцова — две дочери, бессонные ночи и жена в коме. Он привык жить на износ и держать все на своих плечах. У Александры Северской — идеальный порядок, безупречная репутация и сердце, отключенное в целях самосохранения. Она привыкла жить без чувств, потому что каждое обернулось болью. Две параллельные жизни, которые никогда бы не пересеклись, если бы не один неправильный день и столкновение, обжегшее сильнее, любого пожара. * * * История о мужчине, разучившемся просить...

– Сергей, я все знаю… – голос Яны дрогнул, горло сдавило спазмом. Только бы не сорваться, не скатиться в истерику. – Знаешь? – мужчина равнодушно посмотрел на супругу. В его голубых глазах не было и намека на любовь, которая когда-то светилась в них, стоило ему посмотреть на свою милую девочку. – Я про Лену. Боль сжимала грудь, мешала дышать, биться ее сердцу, не давала жить дальше. – А что ты хотела? – внезапно разозлился муж, – Ты посмотри на себя! На кого ты стала похожа? Тебя интересуют...

- Вы сломали нашу жизнь, а теперь пытаетесь загладить грехи? - Сверкает на меня глазами девушка. Я молча прикручиваю отвалившееся колесо к детской коляске. Задевает! Ее ненависть меня задевает! - В моей работе не бывает невиновных, Юля. Ты, как жена военного это должна знать. Давай, я вам помогу… - Ненавижу, как я вас всех ненавижу! - Выкрикивает она. Подхватывает тяжелый пакет с продуктами и ускоряется в сторону дома. От коляски снова отваливается колесо. Только с другой стороны. ...

-Лучше бы вы меня убили, - рыдает девчонка. - Дядя калым взял. Гостей двести человек позвал… Морщусь от головной боли и жадно пью воду. Что это за девка? Откуда она вообще взялась в моем номере? И почему в платье свадебном? Красивая. Молоденькая. В золоте вся. Тысяч на пятьсот побрякушки потянут… Значит, точно не шалава. -Позор мне! Позор семье… - продолжает трястись она в истерике. - Он же теперь деньги обратно заберёт… Скажет: «кили» грязная. Только бить… -Кто он? - Пытаюсь докапаться до...

— Поехали в управление, красотка. Обещаю, тебе там понравится. Будем тебя долго и со вкусом допрашивать. Сколько у арбитра напарников? Двое? Или трое? Я с ними справлюсь. — Не спешите. Я забираю её под свою ответственность, — донесся мужской голос. Голос, который я не могла забыть, который остался в моей памяти болезненной занозой. Захотелось крикнуть: «Нет, вяжите меня, сажайте в тюрьму, делайте что хотите!» Только чтобы не сталкиваться с обладателем голоса. — Я сам решу, как с ней...

— Что ты от меня хочешь? — спросила я в лоб. — Всего лишь исполнения данного тобой обещания. — Обещания? — Я задумчиво поморщилась. — Что именно я обещала? А главное — когда? Мужчина не был мне знаком. Я не узнавала его внешности, не помнила черт лица. Разве что голос, да, он отдавался в памяти чем-то болезненным. Но вспомнить пока не удавалось. Голова и так трещала по швам. Я вообще не помнила вчерашнего дня. Он попросту стерся из памяти, исчез, испарился. Даже не подозреваю, как попала...