Любовь

— Ты спал с ней? — Амелия, это не имеет значения. — Ответь, ты спал с этой…?! Можешь ответить "да" или "нет", Архан? — я задыхаюсь от гнева и боли, но продолжаю себя терзать ревностью. Мы стоим друг напротив друга — дырявим взглядами. Муж тоже зол. Готов расколошмать грушу и меня заодно — сжимает кулаки — разжимает и свирепеет все сильнее. — А если скажу «да»? Спал. Что изменится в нашей жизни? — Что?! — я пячусь назад, задевая пятками маты и едва не падаю, вскидывая руки. Я до последнего...

Закончив свой жизненный путь в доме престарелых, она попала в тело юной невесты князя, которую везут в Северные земли к будущему мужу. Впереди — вражда с властной свекровью, равнодушный муж и двор, где каждый хочет её уничтожить. Но они не знают, с кем связались. За плечами новой княгини — жизненный опыт, полвека работы главным бухгалтером и железная воля женщины, которой нечего терять.

Три года назад лорд-дракон Арден Рейнар подписал развод и велел мне покинуть его замок до рассвета. Он поверил чужой лжи, отнял мое имя, мой дом и все, что я считала семьей. Я ушла молча. Не умоляла. Не проклинала. Просто выжила. Теперь король приказывает мне вернуться к бывшему мужу. В роду Рейнаров проснулось древнее проклятие, драконья магия гаснет, и только моя кровь способна удержать Черный Клык от гибели. Отказаться нельзя. Простить — невозможно. Арден ждет прежнюю жену: тихую, удобную,...

Меня выдали замуж за Изумрудного дракона не потому, что я была желанной. Просто моя семья задолжала слишком много, старшая сестра сбежала, а я оказалась самой удобной заменой. Тихая, послушная, с бесполезным, как все считали, даром домашнего очага. В замке мужа меня встретили холодные комнаты, чужие взгляды и портрет первой жены, чья тень до сих пор лежала на каждом камне. А сам Рейнар Вейр-Арденн сразу дал понять: — Не ждите от меня любви, леди Лиара. Этот брак нужен только договору. Что...

— Снимай кольцо, — спокойно говорит муж, надевая часы «для особых встреч». — Что? — Ты недостойна носить статус жены депутата. Ты не картинка. Ты усталая, прошедшая роддом, ипотеку и онкоцентры. Мне нужен другой образ рядом. — Мы только что вернулись после химиотерапии, — шепчу. — Я еле стою. — Тем более. Ты должна меня понять. Я молодой еще, перспективный. Мне нельзя тонуть вместе с тобой. Через неделю в сети выходит его интервью про «несломленного семьянина», который «поддерживает тяжело...

— Это нормально, когда мужчине хочется молодого и свежего тела! — мой муж надменно смеется. — Ты уже… как говорится, с душком. — Ну, теперь, милый, ты можешь не скрывать свои отношения с моей племянницей, — хмыкаю я и кладу на стол папку с документами о разводе. — О, прекрати эти глупые истерики! — презрительно кривит губы. — Я спокойна, — подхожу к мужу вплотную и заглядываю в его глаза, — я абсолютно спокойна, мой милый. В истерике сейчас бьюсь не я, а твоя принцесса. ▪️▪️▪️ Я решила...

— Ты калека, Нортан! А я так молода! Я хочу развестись с тобой! — кричала супруга генерала. Нортан Харддрэй в свои тридцать — калека, который едва может передвигаться в инвалидном кресле. Генерал изуродован и ослаблен. Хотя некогда он был опасным, стремительным и беспощадным. Я в свои почти двадцать — дважды вдова. Я не терплю мужских прикосновений и всё детство провела в подвале. От генерала отвернулась семья. А моя была ко мне безжалостна. Моя задача — поднять его на ноги, чего бы мне...

В чужом теле, с чужим мужем и чужими проблемами… Мой драконоподобный супруг прямо заявил о любовнице и предложил развод. Я не стала спорить. С таким счастьем лучше расстаться сразу. Зато у меня есть бонус: родовое поместье. Да, развалины, плесень, крыша провисла, но это моё! С него я и начну строить новую жизнь: без надменных мужских глаз и с верой в то, что впереди ждет нечто большее.

Сергей потерял десять лет назад жену и дочь. А Юля — дочь его заклятого врага, по вине которого погибла вся семья Сергея. По воле судьбы жизни героев переплетутся. Что выберет герой: месть или прощение? Один шаг определит судьбу.

— Мне нужно тебе кое-что сказать, Лида… Прошептал мне муж, когда мы танцевали на дне рождения сына. Рука Ильи лежала на моей груди. На шраме. Там, где сердце, которое он когда-то спас. Двадцать лет назад его руки подарили мне жизнь, и с тех пор каждый вечер я шептала одно и то же: «Без тебя меня бы не существовало». Он накрывал мою ладонь своей, и мир держался. — Я больше не могу это скрывать. Устал. Устал врать, что я идеальный. Я тебе изменил. Был с другой женщиной! И у неё задержка… ...