Галина

— Я ухожу, — муж говорит буднично, нетерпеливо. — Лер, я ухожу от тебя... Помешиваю кофе. Ложечка застывает в руках. В комнате повисает гнетущая тишина. Она неприятно давит на меня. — Куда уходишь? — мой голос становится хриплым. — Я изменил тебе, Лера, — Саша так быстро говорит, словно заучил эту речь. — Только давай без истерик. Я не хочу быть последним гадом, который спит с любовницей за спиной у жены... — Не продолжай... — шепчу, всматриваясь в любимое лицо мужа. — Лер, я знаю, как...

Как можно влюбиться в шестнадцать? Безоглядно, как в пропасть, как в омут, в первый раз, будто в последний. А он – друг твоего старшего брата, смотрит на тебя, как на ребенка. И собрался жениться. А потом приходит время взрослеть. Отвечать за ошибки – свои и, как выясняется, чужие. Спустя годы судьба спросит с тебя – как ты выполнила работу над ошибками. Что ты скажешь? И какую оценку тебе поставят? В чем она измеряется? И может ли так получиться, что болезненная безоглядная юношеская любовь...

- Мамочка лучшая! - шепчет моё сокровище, закидывая ягодку в рот. - А у меня мамы нет, - горько произносит новая подруга дочери, опустив взгляд. Да моя ты малышка... Так и хочется обнять, поддержать. Но она тут же вся расцветает прямо на глазах, ударив кулачками по покрывалу. - Но есть лучший на свете папочка! - О, у меня нет папы, но есть мама, - включается доченька. - А у тебя есть папа, но нет мамы! Давай их встр-речаться заставим, чтобы всё пор-ровну было? Присматриваюсь к двум малышкам....

— Я не знал, что ты здесь работаешь, — говорит Давид, едва двери лифта закрываются. Я гляжу в глянцевое отражение самой себя. Плевать вообще. — Если бы знал, отказался бы от контракта. — Откажись сейчас. Вижу боковым зрением, как пытаясь поймать мой взгляд, он склоняет голову набок. — Сейчас уже поздно. Сейчас мне проще уволить тебя. — Я сама уволюсь, — выдавливаю через перехвативший горло спазм. *** Пять лет назад, когда он изменил и сам развелся со мной, я готова была бежать за ним...