Tatiana

Я смотрю на этого Дровосека снизу вверх и чувствую себя первоклашкой, которая забыла сменку. — А… надолго вы... пропадаете? - выдавливаю еле-еле. — Месяц. Может, полтора, - басит Борода с телом снежного человека. Хмурится, еще раз осматривает меня с недоверием. - Ты какая-то… мелкая. Справишься? Вицык характерный. Если наступишь на хвост - орать будет так, что соседи полицию вызовут. — Я справлюсь, - обижаюсь я, выпрямляя спину и задирая нос. - Я учительница. Я справляюсь с двумя...

— Лика, я… — начал он, но не договорил. И я, конечно, понимала: что-то не так, но, как гружёный состав на полном ходу, никак не могла остановиться: — Представляешь, прислали не тот… — Лик, я ухожу. — … размер, а я… Что? — Я ухожу, — повторил он. Будь я паровозом, сейчас из-под моих колёс точно полетели бы искры, с такой силой я нажала на тормоз. — Куда? Зачем? У тебя ещё дела? А я там ужин… — Нет. Я ухожу от тебя. Я люблю другую. — Другую? — я, наконец, остановилась. И застыла, как...

Эка точно знает, чего хочет от отношений: надёжности, предсказуемости и мужчину, который бы не сбежал со свидания перед оплатой счёта. Как это сделал её последний… Голодранец-сердцеед! Закрытая тема! По крайней мере, до того момента, пока другой - казавшийся ей во всех отношениях «правильным» - не подставляет её по-настоящему. *** История Алишера Байсарова

– Ты сбежала от меня! – рычит Амир, нависая надо мной, как грозовая туча. – Нет, я всего лишь вернулась домой, – заявляю дерзко, хотя от страха у меня скручивает живот. – Ты мне должна, красавица, – его улыбка напоминает звериный оскал. – О чем вы говорите? – спрашиваю я, испуганно всматриваясь в черные глаза шейха. – Ты знаешь о чем я говорю! – цедит он, расстегивая пряжку своего ремня. – Раздевайся. *** Я совершила ошибку: поддавшись минутной слабости, чуть не отдалась восточному...

– Так... Постойте! А куда Вы меня везёте?! Немедленно остановите машину! Дёргаю дверную ручку. Заблокировано. – Скажи лучше, что ты собиралась делать? – спрашивает мужчина, невозмутимо управляя своим авто. – Ничего... – А мне вот показалось, что ты собиралась влететь в бетонную стену. – Нет! Хотя, честно говоря, я не знаю, что собиралась делать. На несколько секунд потеряла ясность мыслей. – Остановите машину! – сверлю требовательным взглядом незнакомца. Выглядит он довольно грозно....

Я думала, самое страшное в моей работе — сообщать плохие новости. Ошибалась. Самое страшное — это открыть дверь в VIP-палату и увидеть ЕГО. Амира Сафина. Бога хоккея. Кумира миллионов. Моего бывшего…

— Ты нафига это сделал? — Злюсь и подхожу ближе. — Что сделал? — Деньги мне перевел? Кто я по-твоему? — Я оплатил услугу. — Услугу? Да пошел ты! — Конверт с деньгами в рожу ему кидаю. Промахиваюсь. — Ты больная? — Вспыхивает, кулаки сжимает. — Пошел ты, Градов! Хлопаю дверью. Как вихрь, выбегаю из его банка. Нервы сдают. Вот же урод, чтоб он подавился своими деньгами.

— Этих денег мало. Остальное отработаешь, — Глеб окинул меня взглядом. – Стриженные бабы мне не нравятся, но ладно. — Что?! – Гнев захлестнул. Куда он клонит, было понятно. – Я не собираюсь ничего отрабатывать! Достаточно с меня, я ухожу. За спиной у меня возник громила, ещё один появился сбоку. — Отвезите её ко мне, — приказал Глеб, и подошёл к нам. Взял меня за подбородок и посмотрел в глаза. — Без глупостей, Киса. Будешь делать глупости, придётся тебе работать на меня вечно. *** Я...

У Риты было все. Деньги. Богатый отец. Друзья. Но в один прекрасный день она теряет все. Отец, чтобы спасти свою жизнь, бросает ее. Оставляет вместе со всем имуществом в качестве долга.

– Хочешь сказать, ты на всё готова? – Да… – киваю. В глазах дагестанца снова рождается черная похоть, которой он будто измазывает моё тело с головы до ног. Линию груди, талию, бедра. Становится одновременно страшно, жарко и, пожалуй, стыдно… капельку. – Прямо так и на всё? – За деньги… – уточняю. – Очередная русская дура в Эмиратах, – зло усмехается он, а затем скучающе покачивает кубики льда в стакане с виски. – Любишь деньги, девочка? – Пф-ф… А кто их не любит? – Те, у кого есть...