Странница

— Не переживай, без угла не останешься. Этот дом, Даша придется продать… На многое не рассчитывай. Ты всю жизнь какие-то непонятные кружки в Доме творчества вела. Разве это работа? Так, курам на смех. Он с умным видом ходил по ковру, который она выбирала, топтался прямо в уличной обуви. Ковер Дарья год назад привезла из Турции. Ее подруга, с которой Богдан отпустил жену в восточные дали, вернулась с романом за плечами. Дарья с ковром. Да. — Повторюсь, Дарья, ты была хорошей женой и прекрасной...

Я поймала мужа на флирте с официанткой во время корпоратива. Он и не думал извиняться. Ваня решил, что традиционные ценности брака устарели и не подходят нам.

Открываю входную дверь и слышу: – Лисенок, ты хочешь прямо здесь? Проказница! Голос мужа, но слова… меня он никогда не называл подобными прозвищами. Все еще не верю, но глаза не обманешь. Костя сидит на новеньком диване, а на нем извивается светловолосая девица. Из одежды на ней только стринги, белыми полосками режут ее загорелое тело. Она собирает кудри в хвост и хохочет, закинув голову назад. Муж, который час назад уверял, что вечер для него испорчен, раз меня не будет дома, жадно...

– Как ты мог? – спрашиваю я, а у самой слезы текут из глаз, – Сегодня, в мой День рождения. И с кем? С ней? Он смотрит на меня спокойно. Этот мерзавец даже не пытается оправдываться. – Успокойся, Лана. Ты сама виновата. – Что? – задыхаюсь от возмущения, – В чем я виновата? – Ты сильно располнела, – его слова словно нож в сердце, не верю, что это мой любимый муж такое говорит. – Что? – только и могу я выдавить из себя. – Он говорит, что тебе нужно жрать меньше пирожных, – она, с вызовом...

Знаете, что действительно обидно? Когда ты ещё не до конца пережила развод, по настоянию подруги и из любопытства заключаешь договор с самым успешным брачным агентством в городе, проходит два месяца, а тебе оттуда даже не перезванивают. Когда и без того уничтоженная признанием супруга самооценка уходит не попрощавшись. И когда бывший приглашает тебя на свадьбу со своей любовницей, а взрослая дочь встаёт на их сторону. А знаете, что может воскресить к жизни? Случайная романтичная встреча с...

Вот так один день может разделить жизнь на до и после. Гуляя с сыном по парку я встречаю мужа с любовницей. Он предлагает сделать вид, что ничего не случилось. Только вот я совершенно не умею прощать предательство.

Легко жить, когда тебя любят, оберегают и заботятся. Но когда человек, который клялся в любви, совершает нечто страшное… Это трудно пережить. Я смогла выжить в нечеловеческих условиях, чтобы стать сильнее и решительнее. Я отказалась от иллюзий и от любви к своему мужу. А он, убийца, живёт в своё удовольствие, не подозревая, что я уже иду по его следам, тихо и незаметно. Я планирую месть. Мне безразличны законы милосердия и прощения. Я решила наказать своего убийцу за измену и предательство....

— Что мы делаем? — проговорил муж. Я затаила дыхание, чтобы не выдать свое присутствие, боясь даже моргнуть. — Ты не любишь Юну. А я не люблю Стаса. Это замужество... — После него ничего не изменится. Кольца на пальцах не помешают нам встречаться. Кровь застучала в висках. — Я хочу быть с тобой. не бросай меня только, — почти умоляюще сказала Даша, и на моих глазах проступили слезы. Не могу поверить... — Не брошу, ты что? В тебе растет мой ребенок... Ребенок? Сестра беременна не от...

«Любимый, надеюсь, ты не забыл, что у нашего Тимоши сегодня день рождения. Купи хотя бы торт ради приличия». Я читаю и не понимаю. Внутри меня всё падает. — Что ты делаешь? Ты залезла в мой телефон? — спрашивает мой муж ровно, без особых эмоций. Как будто ничего страшного не произошло. — Тебе пришло смс… Видимо, номером ошиблись. Ты же не знаешь никакого Тимошу, правда ведь? — я сама не узнаю свой голос. Слова звучат чуждо. Артем смотрит мне в глаза, и что-то меняется в его выражении. Лёгкое...

— Ты, как умная женщина, — сдавливает мою шею в горячих стальных пальцах сильнее, — ведешь себя тихо. Не дергайся, дорогая. Это всего лишь развод. — Не надо… — хрипло и сдавленно прошу я. — Отпусти... — Терпеть твои истерики никто не будет, — щурится, и в зрачках моего мужа Марка вспыхивает недобрый огонь, — они меня утомили за эти тридцать лет. Теперь будет все иначе. В глазах темнеет. Руки слабеют, а ноги подкашиваются. — Папа ведь прав, — тихо говорит в стороне наша старшая дочь Яна, —...