Татьяна Чивилева

Посвящается всем любителям кошек, которые хотят посмотреть на жизнь своих питомцев их глазами. Обложка: Натаниэль.

В одном кружевном белье я рухнула в портал. И куда? Прямо в объятия Черного дракона, принимающего ванну! Я не верю, что он не сдаст меня инквизиции. А он не верит, что я… хм… не посягала на его честь! Но я не виновата! Он сам во… воодушевился, познакомившись с кружевными стрингами! Здесь таких пока не носят? Оу! Так это же отлично! Подскажите-ка, где я могу открыть ателье, специализирующееся на эпатажном белье, мм? Однотомник. Читается вне цикла.

— Ориентировочный срок? — Восемь недель. — Контактные данные супруга? — Я не замужем. — Отца ребенка? Отрицательно качаю головой. Дело в том, что отца нет. Нет, физически он, конечно, имеется — только мы расстались, и о беременности он не знает. Надеюсь, что никогда и не узнает. Это тайна, которая может стоить мне всего.

– Миш? Что-то случилось? На работе проблемы? Он посмотрел на меня. Нет. Не на меня. Сквозь меня. Взглядом человека, рассматривающего старую, надоевшую вещь. Стул, который давно пора выкинуть, но все руки не доходят. – Даш, надо поговорить. Желудок скрутило ледяным жгутом. Я выключила конфорку дрожащей рукой. – Что-то с твоей мамой? Мой голос стал чужим, высоким, писклявым. – Нет. С нами. Я помню, как оперлась бедром о столешницу, чувствуя, что ноги больше не мои. Они превратились в...

- Ты спал с нами по очереди? Ночью со мной, а днём с ней. Так? Дрожащей рукой поправляю воротник водолазки. Сегодня я застала Яра со своей бывшей. - Мне нечего возразить. Разве что-то серьёзное тебе обещал, Алён? - Я думала, что была единственной. - Не надо так думать, – Яр говорит жёстко и непроницаемо. – Единственной ты не была никогда. В моей сумке лежат документы, подтверждающие беременность. Только Гордеев теперь об этом никогда не узнает. Я ухожу в неизвестность. Одна. Без денег. Без...