Все книги
ом второй "Встречный удар", часть пятая "Операция "Полынь"". (ЧЕРНОВИК). Над заснеженными январскими степями между Днепром с Северским Донцом неожиданно встал призрал иня сорок первого. Только теперь в водухе господствует советская авиация, а по немецким тылам рвется вперед мехбригада генерал-майора Бережного. Сокрушена спешно собранная из резервов кампфгруппа Гудериана. немецкие коммуникации, ведущие к группе армий "Юг" полностью перерезаны. Наконец удерживая за собой Лозовую и Павловград,...
«Иван Сизой матушке Москве белокаменной, по долгом странствовании вне ее, здравия желает, всем ее широким четырем сторонам низкий поклон отдает.
Год с лишком шатался я по разным местам, а все нигде не видал того, что я так люблю в Москве, – это ее глухих, отдаленных от центра города улиц, которые давно как-то назвал девственными, с их, так влекущей к себе сердце мое, поразительной и своеобразною бедностью…»
«В одном из глухих переулков Петербургской стороны, несмотря на позднюю ночь, в окне небольшого двухэтажного флигеля светился огонь. С улицы можно было видеть, что в одной комнате второго этажа за письменным столом сидит и пишет что-то высокий брюнет с длинными кудрявыми волосами, с строгими усами и с тою характерной эспаньолкой, которая все еще продолжает служить отличительным признаком художников при всем том, что ныне завладела ею большая часть коптителей петербургских небес…»
«Нынешним летом Петра Петровича Беспокойного, по природе человека крайне нервного, а по ремеслу, как стали недавно говорить, литературщина, его всегдашний враг – желчь – разукрасила какими-то особенно болезненными, иссиня-желтыми красками. В то же время он приметил, что вместо печени у него имеется грецкая губка, обильно напитанная разнообразными препаратами, производящими постоянную тошноту и головокружения, доходившие до обмороков…»
«Ни разу не слыхал я, чтобы кто-нибудь пел так хорошо, как певала в старину бабушка Маслиха. И хлеба тоже во всем нашем городке ни одна торговка лучше ее не пекла. Бывало, спит еще маленький городок, на далеком всходе небесном только чуть-чуть показались золотистые тонкие лучи, предвещающие появление солнца; прохладные, далеко гонящие дремоту утренние туманы носятся над сонными улицами какими-то грозно одушевленными снопами; по самым улицам ленивою и неслышною поступью тянется нескончаемый обоз...
«Угрюмый осенний вечер мрачно смотрел в одинокое окно моей мрачной берлоги. Я не зажигал мою рублевую экономическую лампу, потому что в темноте гораздо удобнее проклинать свою темную жизнь или бессильно мириться с ее роковыми, убивающими благами… И без тусклого света этой лампы я слишком ясно видел, что чтo умерло, то не воскреснет…»
«Скверные истории Пети Камнева» – новый авантюрный роман известного прозаика Николая Климонтовича. Петя Камнев – дерзкий молодой человек, плейбой и романтик. Его бросает от одной женщины к другой, география его романов от Прибалтики до Ледовитого океана. Он постоянно попадает в рискованные и двусмысленные истории, но из каждой выпутывается и возвращается на путь «поиска чести».
«Прошло несколько времени, и Цехановецкий получил известие о смерти своего отца; огромное родовое наследство, увеличенное ещё более щедростью короля, ожидало его на родине, и Цехановецкий, не теряя времени, поспешил в Витебск. Едва разнеслась там молва о его приезде, как в то же самое время страшная новость дошла до него. Его потребовали в гродской суд, для очных ставок с его матерью, но не Цехановецкою, а с простою женщиною, которая прежде была его кормилицею…»
«Внук Станислава-Яна, Юзеф Яблоновский, обладавший огромными богатствами, известен как человек учёный и писатель, но несмотря на эти качества он отличался необыкновенными причудами… По приезде в своё имение Ляховицы, он выстроил посредине большего пруда на острове великолепный дом, или, вернее сказать, огромный укреплённый замок. Ни одно окно этого замка не выходило на очаровательные окрестности Ляховиц, но все были обращены вовнутрь на двор…»
«Много разных забавно-грустных преданий сохранилось о князе Иерониме в окрестностях Бялы; но все они носят отпечаток ограниченного ума, соединённого с жестокостью сердца.
Внешность князя была вовсе непривлекательна. Он был высок, одутловат и совершенно лыс; острые черты лица и какое-то дикое выражение глаз придавали физиономии его что-то отталкивающее. Он никогда не смеялся, но был всегда суров и пасмурен и в добавок ко всему этому ужасно заикался…»
Еще из прошлогоднего архива. Играло в Колфане, но из группы не вышло.
Возможно по причине навязшей (у многих) в зубах "славянизации", но скорей всего, по более простым причинам — вторичности концепции, и слишком уж нарочитым загонам. Выкидывать жаль, переделывать лень. Но раз оно написано, то пусть лежит.
В темноте, через дождь несется коляска. в ней сидит весьма мокрый и не выспавшийся милиционер. он несется на место преступления, на место убийства одного пожилого волшебника, уже...(во имя всех богов, кого там по счету) и почему я туда несусь, думает он, что твориться с этим грешным миром?
(полная отредактированя, законченая версия)
1185 год н.э. Осень, 14 декада 637 д.с.н.г. Уже год как Сивикус Раальх бросив унылую работу клерка, занимает должность лаборанта в одной из лабораторий Лендальского университета. Конечно лаборатория маленькая и не из тех, которые называют перспективными, но зато работа интересная как и коллеги. Не шутка ли. Создания аппарата позволяющего создавать реальности, пусть и не настоящие. И при этом никакой магии! Поговаривают что господин Краавтис, глава лаборатории, создал свою "Машину-02" на основе...
Нам с детства внушают, что главным виновником трагедии 1937 года был И.В. Сталин. Что именно он организовал «большой террор», истребил «ленинскую гвардию» и «обезглавил армию». Что все, попавшие в жернова политических репрессий, были «невинными жертвами» «кровавого сталинского режима». Об этом уже полвека камлают пресса и телевидение, об этом твердят школьные учебники. Но все это – либо полуправда, либо прямая ложь. Александр Елисеев проводит решительную ревизию прежних взглядов и...
«Известие в духе времени. За последнее время у нас царит обвинительное направление.
Я отношусь с величайшим почтением к правосудию и преклоняюсь пред милосердием. Правосудие родилось на земле, родина милосердия – небо. Это с неба звучал голос…»
«Мы с беатенбергским пастором, вдвоем, сидели на Амисбюле и пили молоко.
У нас, в горах, было еще светло, а в долинах уже наступил вечер. Интерлакен глубоко, внизу, мигал тысячами огоньков, – словно тысячи светляков собрались и держали совет. Розовая Юнгфрау мертвела и одевалась в белый глазет.
Был тот час, когда душа человека расположена к размышлениям и мечте…»
Новая книга известнейшего российского автомобильного журналиста Юрия Гейко – уникальное собрание советов и рекомендаций для всех современных автомобилистов. Сравнительные характеристики автомобилей ведущих отечественных и иностранных марок; рекомендации по выбору и покупке авто; секреты экономии бензина; эффективные способы предотвращения и избежания ДТП; маленькие хитрости езды на высоких скоростях; вопросы автострахования и разбирательств со страховыми компаниями; обслуживание автомобиля в...
«Лужайка, которая виднелась с балкона из-за деревьев, была усыпана, как бисером, полевыми цветами. Ближе к балкону росли большие деревья, все в листьях, сочных, светло-зелёных. Листья шумели и вершины деревьев гнулись от ветра…»
«Воскресный летний день собирался быть особенно жарким. Солнце как-то сразу показалось на безоблачном небе и скучно, без предрассветной прохлады, уставилось в оголённые берега большой извилистой речки…»
Сейчас, когда человечество оказалось на краю пропасти, как никогда стало актуальным разобраться в понятиях, которыми оно руководствуется. Что такое Истина, Бытие, человек, религия, Бог. Что такое Слово, коль скоро вначале было оно. Что такое смысл.
«После плачевного события, лишившего Россию одного из избранных сынов ее, а нас, друзей Грибоедова, повергнувшего в вечную горесть, – часто собирался я написать несколько строк в память незабвенного; но при каждом воспоминании о нем глубокая скорбь, объяв душу, заглушала в ней все другие ощущения, затемняла разум и лишала возможности мыслить… я мог только проливать слезы…»
Рэй Брэдбери, Роберт Блох и др.
Двадцатые — пятидесятые годы в Америке стали временем расцвета популярных журналов «для чтения», которые помогли сформироваться бурно развивающимся жанрам фэнтези, фантастики и ужасов. В 1923 году вышел первый номер “Weird tales” (“Таинственные истории”), имевший для «страшного» направления американской литературы примерно такое же значение, как появившийся позже «Astounding science fiction» Кемпбелла — для научной фантастики. Любители готики, которую обозначали словом “macabre” (“мрачный,...
«Поздравляйте, прошу вас, друг друга», – обращается к нам один из авторов этой книги Игорь Мухин.
Действительно, любой праздник становится светлее и радостнее от веселых, искренних поздравлений. Но не так просто найти нужные слова: праздничные и торжественные, веселые и легкие. Не переживайте и не ищите, они уже все здесь – в этой книге.
За основу публикации «О Граде Божием» в библиотеке «Азбуки веры» взят текст «современной редакции»[1], который оказался доступен сразу на нескольких сайтах[2] в одном и том же виде – с большим количеством ошибок распознавания, рядом пропусков (целых глав!) и без указания трудившихся над оцифровкой. Текст мы исправили по изданию «Алетейи». Кроме того, ссылки на Писание и на древних писателей сверили с киевским изданием начала XX века[3] (в котором другой перевод[4] и цитаты из Писания даны...