Цитаты из книг

Никто об нем не плакал... лишь одна,
Монахиня!.. Бог знает, кто она?
Бог знает, что пришло на мысли ей
Жалеть о том, кто не жалел об ней!..
Увы! Он не любил, он не жалел,
Он даже быть любимым не хотел,
И для нее одной был он жесток:
Но разве лучше поступил с ним рок?

Литвинка

Михаил Лермонтов

Романтическая поэма, повесть в стихах. События происходят на рубеже XV-XVI веков во время русско-литовских войн на пограничье. Русский боярин Арсений держит в плену молодую литовскую девушку Клару. Боярин любит её, но девушка остается верна своей родине и тоскует по свободе. В решающей битве Клара неожиданно выступает с оружием на стороне врагов против Арсения. Потрясенный этим предательством и глубоким разочарованием, герой теряет волю к жизни и погибает.

Есть сумерки души, несчастья след,
Когда ни мрака в ней, ни света нет.
Она сама собою стеснена,
Жизнь ненавистна ей и смерть страшна;
И небо обвинить нельзя ни в чем,
И как назло всё весело кругом!

Литвинка

Михаил Лермонтов

Романтическая поэма, повесть в стихах. События происходят на рубеже XV-XVI веков во время русско-литовских войн на пограничье. Русский боярин Арсений держит в плену молодую литовскую девушку Клару. Боярин любит её, но девушка остается верна своей родине и тоскует по свободе. В решающей битве Клара неожиданно выступает с оружием на стороне врагов против Арсения. Потрясенный этим предательством и глубоким разочарованием, герой теряет волю к жизни и погибает.

И возвратясь домой с полей войны,
Он не прижал к устам уста жены,
...
И в час свиданья радости слеза
Хоть озарила нежные глаза,
Но прежде чем упасть она могла —
Страдания слезою уж была.
Он изменил ей! – Что святой обряд
Тому, кто ищет лишь земных наград?

Литвинка

Михаил Лермонтов

Романтическая поэма, повесть в стихах. События происходят на рубеже XV-XVI веков во время русско-литовских войн на пограничье. Русский боярин Арсений держит в плену молодую литовскую девушку Клару. Боярин любит её, но девушка остается верна своей родине и тоскует по свободе. В решающей битве Клара неожиданно выступает с оружием на стороне врагов против Арсения. Потрясенный этим предательством и глубоким разочарованием, герой теряет волю к жизни и погибает.

– А вот, тетушка, вы, чай, и не разобрали, кто таков наш гость.
– Фенин какой-то.
– В том-то и дело, что не Фенин, а граф Феникс, – сам Калиостро.
Федосья Ивановна широко раскрыла глаза и всплеснула пухлыми руками. Но Федосья Ивановна была русская женщина, и поэтому известие, что в доме их знаменитый колдун, поразило ее с иной стороны: тетушка вдруг плюнула.
– Бусурман, нехристь, прости господи, – сказала она с омерзением, – всю посуду теперь святой водой мыть придется и комнаты святить заново…

Граф Калиостро. Фантастические миры русской классики. Сборник

Алексей Николаевич Толстой, Николай Лесков и др.

В классической русской прозе граница между сказочным, фантастическим и мистическим расплывчата, но вымышленное видение мира, его сущности неизменно привлекало читателей во все времена, и образы колдунов, призраков, вампиров, общение человека с потусторонним миром, элементы чудесного, элементы провидения и мистериальности – все это нашло отражение на страницах включенных в этот сборник произведений русской классики. В классической русской прозе граница между сказочным, фантастическим и...

А зовут меня Степаном Калашниковым,
А родился я от честного отца,
И жил я по закону господнему:
Не позорил я чужой жены,
Не разбойничал ночью тёмною,
Не таился от свету небесного...

Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова

Михаил Лермонтов

Историческая поэма 1837 года, в которой личная честь и защита семьи противопоставлены деспотичной власти и произволу опричнины. Главная тема - честь, человеческое достоинство и верность нравственным законам.

На святой Руси, нашей матушке,
Не найти, не сыскать такой красавицы:
Ходит плавно - будто лебёдушка;
Смотрит сладко - как голубушка;
Молвит слово - соловей поёт;
Горят щеки её румяные,
Как заря на небе божием;
Косы русые, золотистые,
В ленты яркие заплетённые,
По плечам бегут, извиваются.
во семье родилась она купеческой,
Прозывается Алёной Дмитревной.

Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова

Михаил Лермонтов

Историческая поэма 1837 года, в которой личная честь и защита семьи противопоставлены деспотичной власти и произволу опричнины. Главная тема - честь, человеческое достоинство и верность нравственным законам.

Не сияет на небе солнце красное,
Не любуются им тучки синие:
То за трапезой сидит во златом венце,
Сидит грозный царь Иван Васильевич.

Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова

Михаил Лермонтов

Историческая поэма 1837 года, в которой личная честь и защита семьи противопоставлены деспотичной власти и произволу опричнины. Главная тема - честь, человеческое достоинство и верность нравственным законам.

Привязанность былую не вдохнуть
В холодную к тебе отныне грудь;
Как странники на небе, облака,
Свободно сердце и любовь легка.

Джюлио

Михаил Лермонтов

Ранняя романтическая поэма (или повесть в стихах) Михаила Юрьевича Лермонтова, написанная в 1830 году и пронизанная сильным влиянием творчества Джорджа Байрона. В центре истории — исповедь итальянского аристократа Джюлио. В молодости он соблазнил и бросил простую девушку, заявив, что брак ему чужд, а его путь — это вечные путешествия и развлечения. Отвергнутая девушка прокляла его.

Есть сумерки души во цвете лет,
Меж радостью и горем полусвет;
Жмет сердце безотчетная тоска;
Жизнь ненавистна, но и смерть тяжка.

Джюлио

Михаил Лермонтов

Ранняя романтическая поэма (или повесть в стихах) Михаила Юрьевича Лермонтова, написанная в 1830 году и пронизанная сильным влиянием творчества Джорджа Байрона. В центре истории — исповедь итальянского аристократа Джюлио. В молодости он соблазнил и бросил простую девушку, заявив, что брак ему чужд, а его путь — это вечные путешествия и развлечения. Отвергнутая девушка прокляла его.

Как вдруг, очнувшись, казначей
Вниманья просит у гостей.
XLVIII
И просит важно позволенья
Лишь талью прометнуть одну,
Но с тем, чтоб отыграть именье,
Иль «проиграть уж и жену».

Тамбовская казначейша

Михаил Лермонтов

Драма из жизни провинциального города. Губернский казначей, проиграв в карты все состояние, решил поставить на кон последнее свое сокровище.

Я жить спешил в былые годы,
Искал волнений и тревог,
Законы мудрые природы
Я безрассудно пренебрег.
Что ж вышло? Право смех и жалость!
Сковала душу мне усталость,
А сожаленье день и ночь
Твердит о прошлом.

Тамбовская казначейша

Михаил Лермонтов

Драма из жизни провинциального города. Губернский казначей, проиграв в карты все состояние, решил поставить на кон последнее свое сокровище.

Бледна, в смущеньи оставалась
Она пред ним… Ему казалось,
Что чрез минуту для него
Любви наступит торжество…
Как вдруг внезапный и невольный
Стыд овладел ее душой —
И, вспыхнув вся, она рукой
Толкнула прочь его: «Довольно,
Молчите – слышать не хочу!
Оставите ль? я закричу!..»

Тамбовская казначейша

Михаил Лермонтов

Драма из жизни провинциального города. Губернский казначей, проиграв в карты все состояние, решил поставить на кон последнее свое сокровище.

Повсюду нынче ищут драмы,
Все просят крови – даже дамы.

Тамбовская казначейша

Михаил Лермонтов

Драма из жизни провинциального города. Губернский казначей, проиграв в карты все состояние, решил поставить на кон последнее свое сокровище.

Жизнь без любви такая скверность;
А что, скажите, за предмет
Для страсти муж, который сед?

Тамбовская казначейша

Михаил Лермонтов

Драма из жизни провинциального города. Губернский казначей, проиграв в карты все состояние, решил поставить на кон последнее свое сокровище.

О мать! На дорогах переправлялся я через многие воды. В чужих странах приобрёл отличную опытность. Слава богу! Теперь я пью родную воду. Я Кериб…

Воды рек безостановочно текут. Печень же моя горит в огне.

В Арзеруме совершил я полуденный намаз, а в Карсе — намаз пред заходом солнца; к вечернему намазу прибыл я в Тифлис: на коне Хидир-Ильяса приехал я сюда.

Вечером пришёл я в свой дом. Не открыл себя сестре и матери. Кинжалом любви ударил в свою грудь. Открыв разные раны свои, приехал я сюда.

Успокойся и знай: что написано у человека на лбу при его рождении, того он не минует.

Кто ходит в чужих странах, тот — чужеземец

Сюда вернулся я из Ширвана; Гариб твой — странник, и странник — я. Бродил повсюду я неустанно; Гариб твой — странник, и странник — я. Пропел в тоске я семь лет изгнания; Терпел невзгоды, терпел страдания; Гариб-учитель мне дал познания; Гариб твой — странник, и странник — я.

Хороший тон царствует только там, где вы не услышите ничего лишнего, но увы! Друзья мои! Зато как мало вы там и услышите!

Тогда Куршуд-бек спросил его: «А как тебя зовут, путник? – "Шинды-Гёрурсез [скоро узнаете]". – "Что это за имя, – воскликнул тот со смехом. – Я в первый раз такое слышу!" – "Когда мать моя была мною беременна и мучилась родами, то многие соседи приходили к дверям спрашивать, сына или дочь бог ей дал: им отвечали – шинды-гёрурсез (скоро узнаете). И вот поэтому, когда я родился – мне дали это имя".

Забыть? – забвенья не дал бог: Да он и не взял бы забвенья!

Демон

Михаил Лермонтов

«Печальный демон, дух изгнания…» Гениальная, нестареющая поэма Михаила Юрьевича Лермонтова в классических — и единственно лучших рисунках, эскизах и картинах Михаила Александровича Врубеля.

Без сожаленья, без участья Смотреть на землю станешь ты, Где нет ни истинного счастья, Ни долговечной красоты; Где преступленья лишь да казни; Где страсти мелкой только жить; Где не умеют без боязни Ни ненавидеть, ни любить.

Демон

Михаил Лермонтов

«Печальный демон, дух изгнания…» Гениальная, нестареющая поэма Михаила Юрьевича Лермонтова в классических — и единственно лучших рисунках, эскизах и картинах Михаила Александровича Врубеля.