— Он любит говорить, что даже самый совершенный бриллиант когда-то был всего-навсего углеродом.
Снова покивала, думая про себя: «В том-то и дело, что алмазом может стать углерод, но никак не гранит или песчаная галька».
Семья — это не те, кто связан кровными узами. Это те, кому ты по-настоящему дорог и кто дорог тебе.
Бывает так, что говорят, что любят. Бывает так, что дарят подарки и заботятся. Бывает — что совершают Поступки. Именно так, с большой буквы. А бывает… вот так. Когда без тебя просто не могут жить.
Признание самому себе — самый сложный вид признания. Куда как проще признаться постороннему человеку, что был неправ, даже если в душе не считаешь, что это так.
Не стоит принимать решение за других людей. Как бы мы ни любили кого-то и ни считали, что поступаем наилучшим образом, единственно верное решение — это дать второму человеку сделать выбор самостоятельно.
жизнь измеряется не количеством прожитых лет, дней и часов, а теми моментами, когда чувствуешь себя счастливым.
Храбрость — это не отсутствие страха, это его преодоление.
Только те знания, которые гуманоид действительно хочет получить и которые ему по-настоящему интересны, остаются с ним на многие годы. Всё остальное очень быстро забывается.
самое важное — это быть верным своим убеждениям, даже если весь остальной мир считает иначе.
Детский мир окрашен в чёрные и белые краски и не приемлет полутонов. Дети — это максималисты. Если они радуются, то нет в мире ничего, что звучит приятнее, чем их смех, если они плачут, то это страдания, которые разрывают сердце.
Материнский труд — самый тяжёлый в мире. Он неоплачиваемый и неизмеримый, но при этом женщины годы жизни посвящают детям без выходных и отпусков. Ошибочно считать, что он ничего не стоит.
— Может, ты собирал велосипеды на свалках вместо учёбы и выбрал «неблагородную» профессию по меркам твоего отца, но ты выбрал самого себя. На мой взгляд, это куда важнее, чем всё остальное. Люди, которые совершают поступки лишь потому, что кто-то этого от них очень ждёт, со временем начинают ненавидеть себя, а затем и окружающих. Ты поступил смело и честно по отношению к себе.
Когда население не чувствует защиты от государства, когда люди думают, что остаются один на один со своими проблемами, начинает нарастать недовольство. Недовольство быстро конвертируется в протесты, а протесты — в беспорядки.
нет ничего опаснее, чем неуправляемая масса людей. Это стихийная сила, поддающаяся внушению на всякую дичь и готовая уничтожить всё на своём пути.
с женщиной как с прокурором: всё сказанное рано или поздно может быть использовано против тебя.
Чтобы что-то построить, надо что-то сломать. Нельзя строить из ничего. Даже когда кажется, что ты ничего не ломаешь, всё равно это не так. Строишь здание в городе — ломаешь старое, берёшься за работу в лесу — вырубаешь деревья, которые росли там годами, а возводишь на поляне — вновь ломаешь, но уже экосистему животных, которые пользовались этой поляной, жили на ней, приходили к озеру на водопой или рыли норы. Но «ломать» — ни в коем случае не синоним слова «плохо».
— Птица? — переспросил мужчина. — Ты сейчас меня птицей обозвала?!
В голосе послышалось недоумение, смешанное с гневом.
— Да вы-то тут при чём? — Я всё-таки села, потёрла грудную клетку, на которую пришёлся один из ударов о землю, и шумно вздохнула. — Тут какая-то дурная тварюга меня по воздуху несла и сюда сбросила. Судя по всему — ваш криволапый питомец.
Не надо ничего откладывать в дальний ящик, надо наслаждаться каждым днём. Каждый час, даже каждая минута — бесценны. И нет потом сожалений горше, чем те, что мы чего-то не сделали в своё время.
Споры — это всегда пустое. Большинство не меняет своего мнения из-за чужих аргументов, так как убеждения строятся на личном опыте. Истинная мудрость заключается в уважении к разнообразию мнений и в поиске общих точек соприкосновения, а не в настойчивой попытке изменить взгляд собеседника.
Нельзя заставить человека уважать себя, это должно идти изнутри.
Жизнь не знает сослагательного наклонения.
Перекладывание итоговых решений и ответственности за свою жизнь на плечи каких-то высших сил — нездоро́во.
у каждой личности всегда есть собственный выбор. Даже тогда, когда кажется, что его нет, он всё равно есть.
— Но Захран же стал существенно чище! Опять же, саженцы…
— Это видишь ты, это вижу я, — мягко перебил меня Север, — но этого не видят они. Когда родители требуют от подростка надеть шапку или вернуться домой к девяти, он не думает о том, что это делается ему во благо. В первую очередь подросток считает, что ему диктуют чужую волю, а потому может упрямиться или же делать наоборот просто назло. Так же и здесь. Захухри довели планету до ужасного состояния… но всё ещё не понимают, что им пытаются помочь. Отсюда отторжение и показная агрессия. К тому же цварги — не родители захухрям. Неприятие других рас на Захране было давно, а очистка планеты и вмешательство цваргов лишь усугубило общую ситуацию. Это элементарная психология. Реагировать агрессией на агрессию — неправильно, это лишь преумножит её. В то же время показать страх — ещё более плохой вариант развития событий, так как многим гуманоидам с низким социальным статусом чужой страх выключает мозги и включает стадное чувство хищников.
Мы всю жизнь боимся за детей... Но правда в том, что нет такого периода, когда родители не испытывают страх за детей. Сколько бы ребенку ни было лет...